Ирландский актер, прославившийся ролью Кристиана Грея в «50 оттенках серого», Джейми Дорнан 1 мая отметил 36-летие.

«Караван историй» рассказывает, как роль миллиардера-садиста отобразилась на его карьере и личной жизни.


Двое сидели за длинным стеклянным столом друг напротив друга – как будто за ужином в аристократическом поместье. В комнате царил полумрак, на столе горели свечи, в бокалах рубином переливалось вино. Девушка откинула волосы, облизнула пересохшие губы и после томительной паузы произнесла охрипшим от волнения голосом: «Если я останусь, мистер Грей, что произойдет?»

«Я возьму тебя немедленно. Сниму с тебя это маленькое платье, чтобы с удовольствием обнаружить, что под ним ты голая», – ответил мужчина, инстинктивно ослабляя узел галстука.

Присоединяйтесь к нам в FacebookTwitterInstagram  и всегда будьте в курсе самых интересных новостей шоубиза и материалов журнала «Караван историй»

Он, как и девушка, дышал учащенно, и только сила воли – и тонкий расчет – удерживали его на месте. «Прямо вот тут, на этом столе?» – уточнила девушка, прикусив губу. Мужчина только кивнул в ответ. Его собеседница на секунду задумалась, покачала головой, словно отвечая собственным мыслям, встала и, взяв в руки папку с документами, произнесла: «Спасибо, мистер Грей, за приятную встречу, мне нужно подумать. Не провожайте меня», – и вышла из комнаты.

Мужчина тоже встал – и вдруг, совершенно выйдя из образа, поскакал на одной ножке. Кто-то из команды хлопнул его по плечу, кто-то рассмеялся: «Джейми, ты как всегда – не можешь усидеть на месте!»

«Снято! – сказала элегантная блондинка, сидевшая у монитора, – режиссер Сэм Тейлор-Джонсон. – Всем спасибо! Чудесно!»

Оказывается, в комнате было вовсе не двое, а гораздо больше людей – и каждый занимался своим делом: камеры, микрофоны, мониторы, пульты… Дакота Джонсон, исполнительница главной женской роли, вернулась из-за бутафорской двери на съемочную площадку и чмокнула партнера в щеку:

«По-моему, все прекрасно, Джейми! Ты так сексуально снял галстук, у меня прямо воображение разыгралось!»

«Какое там воображение, ты же уже все видела», – рассмеялся в ответ Джейми Дорнан.

Джейми Дорнан с Дакотой Джонсон на премьере фильма «Пятьдесят оттенков серого». Лондон, февраль 2015 г.

Съемочный день, один из первых в работе над экранизацией бестселлера «Пятьдесят
оттенков серого», подошел к концу. Дорнан с удовольствием освободился от шелкового серого галстука, дорогого пиджака и белой сорочки.

Его герой, миллионер Кристиан Грей, – типичный пижон, приверженец роскошного делового стиля. Сам Джейми предпочитает кэжуал: джинсы, футболки, кожаные куртки. Как раз подходящая одежда для хмурого промозглого декабрьского дня в Ванкувере. Уже стемнело, когда он подъехал к арендованному дому в престижном районе города.

«Амелия, я вернулся!» – крикнул с порога.

Из комнаты вышла жена с новорожденной дочкой на руках. Джейми залюбовался идиллической картинкой.

Дакота Джонсон – прелестная девушка, с хорошим чувством юмора, и актриса неплохая: все-таки дочь Мелани Гриффит и Дона Джонсона, актерство у нее в крови.

Но глядя на Амелию, Джейми в очередной раз подумал, что она была бы идеальной главной героиней. Яркая брюнетка, как раз того типа, который британцы именуют «английской розой», в простом белом платьице, открывающем соблазнительные ноги. Немного располнела, конечно, но так хороша, свежа и скромна.

«Ерунда, зачем моей жене участвовать в таких откровенных сценах? – тут же оборвал собственные мысли Джейми. – Она и фильм-то отказалась смотреть. Наверное, это и к лучшему».

Модные сайты ставили его фамилию в топ рейтингов «самых сексуальных мужчин планеты»

– Что было сегодня? – спросила Амелия с улыбкой, в которой сквозила добродушная ирония. – Секс в позе «догги-стайл»? Порка ремнем? Ну ладно, ладно, прости, больше не буду. Лучше вот поздоровайся с Далси. Что-то она много плакала сегодня, может, у папы на руках ей понравится больше, – и передала хнычущую дочку в руки Джейми. Малышка была совсем крохотная – появилась на свет за три дня до начала съемок.

Сидя с дочкой на руках на диване в гостиной и тихонько укачивая ее, Джейми думал о том, какой сумасшедший год ему выпал и как внезапно изменилась вся его жизнь – и личная, и профессиональная.

Месяц назад, когда его официально утвердили на главную роль в «Пятидесяти оттенках серого», локально известный в Британии молодой актер превратился в международную звезду. Еще никто не видел даже трейлеров фильма, а журналисты уже осаждали Дорнана требованиями интервью, папарацци выскакивали из-за каждого угла, модные сайты ставили его фамилию в топ рейтингов «самых сексуальных мужчин планеты».

Джейми, если честно, вовсе не был в восторге от романа Эрики Джеймс – какая-то дикая выдумка для домохозяек, которым, очевидно, не хватает секса и крепкой мужской руки. Ни он, ни его жена не читали книгу до того момента, как ему предложили роль.

Зато он читал ругательные статьи в своей любимой The Guardian, где критики в пух и прах разносили стомиллионный бестселлер. И далеко не все друзья поддержали Джейми, когда он согласился сняться в экранизации. Но, положа руку на сердце, – ни один начинающий актер в здравом уме не откажется от проекта, который еще до премьеры сделает его звездой, да к тому же сулит гонорар в 250 тысяч долларов плюс премия за кассовый успех ленты.

В качестве кандидатов на роль Кристиана Грея фигурировали серьезные конкуренты: Ченнинг Татум, Йен Соммерхолдер, Чарли Ханнэм, даже Райан Гослинг. Но по разным причинам все не устроили продюсеров, и вот тогда-то агент позвонил Джейми Дорнану с ошеломляющей новостью: он выиграл в лотерее мечты.

После подписания контракта у Джейми оставалось всего четыре недели до съемок. Он немедленно купил билеты в Канаду, где должны были проходить съемки, для себя и
для Амелии – жена была на восьмом месяце, если тянуть время, ее просто не пустят в самолет.

Обосновавшись и устроив миссис Дорнан в новом доме, Джейми приступил к подготовке – не столько вживался в образ (мягко говоря, не столь уж сложный в психологическом плане), сколько потел в тренажерном зале. Фотомодель и бывший регбист, он никогда не запускал себя: ежедневно качал пресс и пробегал не менее трех километров, но для обнаженных сцен требовалось усовершенствовать рельеф.