Как бы то ни было, Амелия Уорнер была совершенно свободна в ту пятницу летом 2010 года, когда друзья пригласили ее на вечеринку где-то в Беверли-Хиллз…

– Боже мой, куда вы меня тащите, я же ненавижу Лос-Анджелес! – бормотала Амелия, подкрашивая ресницы перед зеркалом.
– О, это так по-английски  — ненавидеть Лос-Анджелес, – рассмеялась вся компания.
– Можно подумать, в этом городе, где никто не ходит пешком и жизнь на улицах замирает в семь вечера, получится чувствовать себя комфортно, – проворчала Амелия.

«Это невероятно сексуально, когда женщина – остроумный рассказчик. Моя Амелия – именно такая»

Друзья поддакивали, хихикали и тащили ее за локти к выходу. Благодаря им в тот день в чьем-то роскошном особняке, у бассейна, в темной воде которого отражались непристойно огромные южные звезды, и встретились мисс Уорнер и мистер Дорнан. Двум британцам всегда найдется о чем поговорить в суетливой Америке. У Джейми к этому времени был богатый опыт унизительных скитаний по кастингам и бесконечных отказов, у Амелии тоже давно не случалось значительных ролей. Оба виртуозно владели британским искусством самоиронии и самоуничижения.

Реклама

Джейми помнил эту встречу, как будто она была вчера. Сначала он запал на красивые руки девушки, – признаться, это то, на что он всегда обращает внимание при первой встрече. А добила его мисс Уорнер своим искусством рассказывать забавные истории.

«Это невероятно сексуально, когда женщина – остроумный рассказчик. Моя Амелия – именно такая», – подумал он.

Они встречались почти три года, а потом Амелия забеременела, и тут уж сомнений не оставалось – 27 апреля 2013 года сыграли свадьбу. Довольно скромная, как для актеров, церемония прошла в деревенской церкви в графстве Сомерсет. Приглашены были только друзья и родственники.

2013-й, несмотря на кажущееся коварство чисел, для Дорнана стал самым счастливым. Через пару недель после свадьбы стартовал первый сезон сериала «Крах». Это была первая по-настоящему серьезная роль Джейми, непростое испытание на наличие (или отсутствие) актерского дара.

«Крах» – история маньяка, который орудует в родном городе Джейми, Белфасте. И это не обычный триллер, да и детективом в традиционном смысле его не назовешь: с самого начала зрителю известно, кто именно совершает жестокие, кровавые убийства.

Сюжет построен на противостоянии серийного убийцы и его преследователя, женщины-полицейского в исполнении великолепной Джиллиан Андерсон. «Мы с вами очень похожи. Оба одержимы жаждой власти», – заявляет убийца в телефонном разговоре с детективом.

Герой Джейми по имени Пол Спектор – низкооплачиваемый психолог социальной службы, женатый отец двух маленьких детей. Он приветлив с соседями, нежен с семьей и заботлив с клиентами. Но по причине, которая зрителю неизвестна, этот во всех отношениях приятный молодой человек ненавидит одиноких молодых женщин-карьеристок.

Возможно, он просто не допускает мысли, что женщина может быть успешнее его, мужчины. Его жертвы с удовольствием знакомятся с симпатичным парнем, легко соглашаются с ним переспать, но секс оказывается для них последним в жизни. Белфаст – идеальный город для такого сюжета: здесь в воздухе как будто разлито предощущение чего-то ужасного, а за толстыми стенами старинных домов вопли жертв глохнут, словно в вате.

Роль маньяка Пола Спектора в сериале «Крах» – именно та, которой Джейми хотел бы запомниться. (2014 г.)
Роль маньяка Пола Спектора в сериале «Крах» – именно та, которой Джейми хотел бы запомниться. (2014 г.)

Джейми вцепился в роль как в последнюю возможность расстаться с имиджем «мальчика в обтягивающих плавках». И отчаяние, как это иногда бывает, сыграло ему на руку. Пригодились и волчий голодный взгляд, и стремительная походка человека, которому неведомы сомнения.

После первого же сезона Дорнан стал лауреатом ирландской кино- и телевизионной премии Irish Film & Television Award сразу в двух номинациях: «Лучший телевизионный актер» и «Восходящая звезда».

Церемония награждения проходила в апреле 2014 года в дублинском отеле Double Tree, рядом с Джейми на красной дорожке позировали Майкл Фассбендер, Джереми Айронс и Колин Фаррелл. В короткой речи Джейми, сияя очаровательной, чуть смущенной улыбкой, поблагодарил за поддержку и любовь свою семью – Амелию и малышку Далси, которая «спит сейчас там, наверху», – и ткнул пальцем куда-то в люстру, обозначая отельный номер, снятый для семьи на ночь.

Съемки «Пятидесяти оттенков серого» к этому моменту уже давно закончились, премьера была отложена на год. В интервью Джейми постоянно задавали вопрос – как же так получилось, что он в двух своих главных и лучших ролях играет садиста, связывающего женщин?

«иногда меня пугает легкость, с которой я перевоплощаюсь в этого ужасного персонажа»

Иногда Джейми посмеивался в ответ: «Да уж, в последний год я что-то стал большим специалистом по вязанию узлов». Чаще – раздражался: «Действительно, мои герои связывают женщин, но делают это совсем с разными целями. В «Пятидесяти оттенках», если вы заметили, полфильма обсуждается контракт с девушкой, предусматривающий ее полное согласие на все действия сексуального характера. Там нет и речи о насилии. Это история любви, а не садо-мазо история. Пол Спектор – совсем другое дело. Более отвратительного человека мне еще не приходилось играть. И знаете, я должен признаться – иногда меня пугает легкость, с которой я перевоплощаюсь в этого ужасного персонажа».

Да, нечего скрывать: он желал бы, чтобы именно роль в «Крахе» стала его визитной карточкой. Для начинающего актера лучше, чем амплуа харизматичного плохого парня, не придумаешь. Но увы, весь мир уже, даже до выхода фильма, знает его как сладенького любителя кожаных плетей Кристиана Грея.

Друзья, которые не одобряли эту его затею, прямо высказали свои сомнения, и Джейми смирился с этим. Он заранее понимал, что многие в его близком кругу будут ядовито подшучивать над ролью Грея. Ведь большинство его друзей  — обычные ирландские парни, не актеры, уроженцы Белфаста, которые, как и он, переехали в Лондон в поисках работы. В этой компании он до сих пор проводит праздники и выпивает в пабах.

«Мне нравится, что я, несмотря на все перемены в жизни, по-прежнему больше всего ценю две вещи: свою семью и своих друзей, большинство которых вместе со мной с самого детства, со школьной скамьи. В этой компании мы не очень-то церемонимся друг с другом, высказываем прямо все, что думаем. Но это только на пользу».