Ольга Горбачева: «Нет такой измены, которую нельзя было бы простить»

Оригинал публикации появился в журнале "Караван историй" за январь-февраль 2015 года

Ровно год назад певица и телезвезда Ольга Горбачева и музыкальный продюсер Юрий Никитин сыграли свою вторую свадьбу. Праздник состоялся в замке-музее «Радомысль» и был проведен по старинным традициям в окружении многочисленных звездных гостей.

Ранее в интервью «Каравану историй» Ольга рассказала непростую и поучительную историю их с Юрием любви.

Присоединяйтесь к нам в Facebook, Twitter, Instagram — и всегда будьте в курсе самых интересных новостей шоубиза и материалов журнала «Караван историй»


Я начала вести видеоблоги, которые назвала «Жизнь женщины», — в них рассказываю все о своей личной жизни. Многие женщины, не питающие ко мне симпатии и не являющиеся поклонницами моего творчества, после рассказа о том, как с достоинством пережить измену, подходили со словами благодарности: «Узнав вашу историю,
я тоже смогла простить измену близкого человека». А вот мои мама и сестра придерживаются противоположного мнения: «Мы никогда не смогли бы простить». Я же считаю, что ничего не входит в категорию непростительного. Особенно если любишь.

Сейчас, глядя на свои детские фотографии, думаю, что была красивой девочкой, но я никогда себя такой не ощущала. Мне очень мешали связанные с моей внешностью комплексы. В подростковом возрасте я очень сильно сутулилась, у меня даже начались какие-то необратимые изменения в спине — кифоз, сколиоз и лордоз, из-за которых родители вынуждены были отдать меня в специализированный интернат.

Ольга Горбачева в детстве

Около двух лет я не жила дома и серьезно лечилась. Из-за болезни меня часто хлопали по спине и говорили: «Не горбись!» — неудивительно, что я не чувствовала себя красивой. У моей старшей дочери Полины тоже есть проблемы с осанкой, но Юра реагирует на это иначе — говорит: «Девочки, вы такие красивые, когда ровно держите спинку!» Он вообще никогда не делает дочери замечаний в грубой форме.

я очень долго не могла ощутить себя женщиной — только после 30 лет перестала чувствовать себя подростком

В придачу к сколиозу обнаружилось, что в грудном отделе растут какие-­то ненужные косточки, поэтому каждую ночь грудную клетку нужно было завязывать жгутом. А у меня как раз росла грудь, и получилось, что весь период полового развития я провела в невероятном зажиме — физическом, а как следствие, и моральном. Это привело к тому, что потом я очень долго не могла ощутить себя женщиной — наверное, только после тридцати перестала чувствовать себя подростком. Сейчас мне кажется, что именно эти препятствия на пути раскрытия женской натуры впоследствии и привели меня к пению — оно нужно было мне для того, чтобы начали раскрываться грудь и спина, которая окончательно выровнялась за последние пять лет. И дело тут даже не в йоге или гимнастике, которыми я занимаюсь, чтобы не болела спина, а в моем психологическом состоянии: если я счастлива и расслаблена, то осанка прекрасная, и наоборот — если энергетически перегружена и делаю не то, что нужно, мне очень тяжело выпрямляться.

Поскольку я очень неуверенно себя чувствовала, мне было странно, когда в меня кто-­то влюблялся. А вот сама часто страдала от неразделенной влюбленности. Я не была броской и яркой девочкой — из тех, кто, появляясь, сразу же привлекает к себе всеобщее внимание, — но со временем, пообщавшись со мной, все парни становились моими друзьями. Лет в двадцать я уже не страдала из-­за того, что меня не сразу оценивают по достоинству. «Ничего, — думала я, — пройдет неделя, и все будут сидеть вокруг меня».

Ольга Горбачева

В седьмом классе случилась моя первая любовь — Игорь. Я никогда не могла, да и сейчас не могу влюбиться в мужчину только потому, что он красивый, — мне обязательно нужно, чтобы с ним было интересно общаться. Поначалу я не была в него влюблена, да и он тоже особых чувств ко мне не испытывал, — два года разницы в возрасте общению не способствовали. Но после того как я, проведя два года в интернате, вернулась в свою школу, Игорь неожиданно обратил на меня внимание. «Как ты изменилась и похорошела», — сказал он мне при встрече. Все, этого было достаточно, чтобы я приняла его слова за любовный сигнал, хотя впоследствии узнала, что он просто искренний и открытый человек, который говорит то, что думает. До окончания школы я испытывала к нему нежные чувства, старалась быть рядом и даже делала «политическую» карьеру — выбилась в главу школьного парламента, а Игорь был моим замом. Сейчас думаю: какое же надо было иметь упорство, чтобы все это осуществить ради желания понравиться!

Я не была броской и яркой девочкой — из тех, кто сразу же привлекает к себе внимание, но пообщавшись со мной, все парни становились моими

Время от времени я встречала Игоря, поскольку мы с ним жили в одном райо­не. Но после того как он окончил школу, а меня перевели в гуманитарно-­технический лицей, который был очень далеко от дома, видеть его стала еще реже. Во время каждой такой встречи мое сердце начинало трепетать за километр, а Игорь, кажется, оставался совершенно равнодушным. Перед самым выпускным мы встретились на улице, и он снова сказал мне свою коронную фразу о том, как я изменилась и похорошела, — правда, на этот раз она была произнесена всерьез: до этого он знал меня как человека, а тут заметил и мои внешние данные. «Я должен отвезти тебя на выпускной!» — заявил он мне, пообещав, что приедет за мной на своей машине. Мне было приятно, но я заметила, как сильно он изменился. Один из самых красивых парней в школе, который во время перемен постоянно отжимался на турнике, видимо, увлекся новой модой на тренажерный зал и превратился в настоящего качка в спортивном костюме с золотой цепью на шее.

Прибежав домой, я поделилась радостью с мамой: «Представляешь, Игоря встретила!» Всю ночь перед выпускным я спала, накрутив на волосы спиральные бигуди, с утра готовилась — одевалась, красилась. Когда вышла на улицу, шел проливной дождь, а Игоря с машиной не было. Добраться на троллейбусе мы уже не успевали, мама вызвала такси, в котором я умудрилась порвать колготки, — в общем, выпускной был безнадежно испорчен. Да и отношения с Игорем, как мне казалось, тоже: как можно общаться с человеком, который подвел тебя в такой важный момент?

Ольга Горбачева

Через несколько дней он позвонил как ни в чем не бывало. Оказалось, Игорь пропустил мой выпускной не из­-за неуважительного отношения, а по рассеянности — он просто забыл о нашей договоренности. Наверное, обижаться на него не стоило, но я сказала, что встречаться не хочу, потому что уезжаю поступать в институт в Киев. «Я хочу тебя проводить», — сказал он, на что я вполне резонно ответила, что один раз он меня уже провел, поэтому на этот раз я как­-нибудь сама. Каково же было мое удивление, когда, приехав с родителями на вокзал, я увидела его на перроне с гармонистом и цветами. И началось: Игорь бросился ко мне, на нас начали оборачиваться все присутствующие, мне стало ужасно неловко, хотя сейчас понимаю, что ничего зазорного в той ситуации не было, — наоборот, это очень круто, не все могут вспомнить такую историю из своей жизни. Но тогда я быстро забежала в вагон, села на свое место, а ребята остановились под окном и начали петь прощальные песни приблизительно с такими словами: «Поезд тронулся, ты уехала, а я остался на перроне». Это было не просто смешно — смешно до слез.

В институт я поступила. Игорь пытался со мной общаться и передавал через маму подарки. Один из них я до сих пор помню — это был спортивный костюм гигантского размера, в котором я, если бы надела его, могла бы утонуть. Игорь даже пару раз приезжал в Киев, но у нас ничего не сложилось — у меня началась совсем другая жизнь, и в ней мы никак не пересекались.

Ольга Горбачева с Жан-Клодом Ван Даммом на сольном концерте Ирины Билык

Мы снова встретились только через пятнадцать лет. Это случилось в период нашего развода с Юрой. После моего клубного концерта в Одессе мы с друзьями пошли в другой, очень модный в то время клуб, чтобы отметить нашу встречу. И там заметила, что на меня пристально смотрит какой-­то мужчина. Я на него обратила внимание, не потому что где-­то видела, а потому что он мне понравился: «Какой интересный мужчина!» Он весь вечер не сводил с меня глаз, но так и не сделал попытки ко мне приблизиться, а вскоре и вовсе ушел. И тут до меня дошло, что это был Игорь. Не понимаю, как я могла его не узнать, но то, что через столько лет он меня по­прежнему привлекал, говорит об одном: какая­-то энергетическая связь между нами была всегда.

У меня началась настоящая истерика. «Этот мужчина — моя первая любовь, — сказала я подруге, которая была со мной, — но почему он ко мне не подошел? Он же знал о моих прежних чувствах, да и сам когда­-то был ко мне неравнодушен!» Настроение танцевать и веселиться у меня отпало, к тому же сказалась усталость, поэтому я засобиралась домой. Игорь стоял у входа. «Почему ты не подошел?» — спросила я, и он ответил: «Ты же сидела в ложе, вокруг тебя — друзья и охрана». «Разве это может быть препятствием?» — удивилась я. Мы начали общаться, и мне показалось, что всех этих лет не было, — как будто бы мы только вчера с ним расстались. На следующий день я уезжала после обеда, поэтому с утра мы гуляли по городу и говорили обо всем на свете. Через неделю я выступала в Кировограде, он приехал туда и мы снова долго общались. Наша симпатия друг к другу могла вырасти во что-­то более серьезное, но Игорь таки не решился на это. Почему? Возможно, на него давил тот факт, что у меня уже давно другая жизнь. Казалось бы, он ничем меня не обидел — он вообще ничего мне не сделал… Но именно это меня и задело. Любые страдания у меня сразу же «переплавляются» в творчество, и я сняла об этой истории клип «Любви волна».

Ирина Билык Ольга Горбачева
Ирина Билык и Ольга Горбачева на сїемках клипа на песню «Не ревнуй»

С Никитиным я познакомилась во время работы на BIZ­TV, куда пришла будучи студенткой, в семнадцать лет. Ира Билык рассказывала, что Юра обратил на меня внимание еще до нашей встречи: однажды (в тот момент они еще жили вместе), увидев меня по телевизору, сказал: «Какая хорошая девочка!» Мы с ним встретились, когда Юра пришел к нам в офис по каким-­то своим делам, но тогда я не обратила на него внимания. Во время второй встречи я брала интервью у Иры — она находилась в сов­местном туре с Линдой и Максом Фадеевым, и Никитин тоже был там. Ну а в третий раз пересеклись на «Таврийских играх» — с этого, собственно, и началась наша совместная история. Я там снимала сюжеты для BIZ­TV, а Юра приехал с Билык. Тогда еще никто не знал, что они расстались и Ира встречается с отцом Глеба, Андреем Оверчуком. Она была так сильно влюблена, что у Юры не оставалось никаких шансов, ему было очень плохо. Как он мне впоследствии признался, хотел забыться в объятиях фестивальных красавиц — участниц конкурса «Королева Таврии». Но как только вышел на палубу теплохода, на котором жили все участники фестиваля, увидел меня — с чемоданом.

Поначалу Никитин мне был не очень интересен, потому что меня осыпал комплиментами и уделял внимание сам Илья Лагутенко

Для Никитина все случилось не постепенно, а сразу. Они с другом Андреем Задорожным, который был более общительным, все время ходили за мной по пятам, при этом Юра смотрел на меня и молчал, а Андрей говорил: «Посмотри, ты ему так нравишься!» В общем, сватал, как мог. Но мне это было не очень интересно, потому что меня осыпал комплиментами и уделял внимание сам Илья Лагутенко — самая популярная на то время российская рок-­звезда. Сейчас понимаю, что у Ильи было ко мне просто доброе отношение. Мы до сих пор изредка общаемся, он помогает мне советами в творчестве. Но тогда я была влюблена в его поэтический сценический образ, поэтому рассказы о Юриной любви оставили меня равнодушными.

Когда мы вернулись в Киев, Никитин начал звонить мне на BIZ­TV, а если он был занят, это делала его секретарь, которая от его имени приглашала меня на ужин. В течение недели я отвечала отказом, все еще мечтая о рок-­музыканте, но потом, видимо, в очередной раз проявилась моя низкая самооценка, и я подумала: «Зачем я сижу и страдаю, у меня с ним никогда ничего не будет — где он, а где я?» И пошла на свидание к Юре.

Когда стало понятно, что у меня с Юрой все серьезно, Ира пригласила нас к себе домой… Сейчас я понимаю, что это был непростой для нее шаг

Так мы начали встречаться. Оказалось, все, что я до этого делала на работе до двенадцати ночи, вполне можно успеть до шести вечера, потому что именно в это время каждый день машина Никитина стояла около нашего офиса. Мы гуляли, рассказывали друг другу о себе. Так я с удивлением узнала об отношениях Юры с Ирой Билык — мне, несмотря на то что я уже несколько лет занималась шоу­бизнесом, было абсолютно неинтересно, кто с кем живет. Поэтому меня удивляло, почему она ему все время звонит — то в три часа ночи, то в пять. «Наверное, такая работа», — успокаивала себя. Оказалось, что в тот момент они еще жили в общей квартире, Юра решился съехать через пару недель после нашей встречи. Когда стало понятно, что у меня с Никитиным все серьезно, Ира пригласила нас к себе домой, где уже жил Андрей, — мы начали общаться вчетвером. Сейчас я понимаю, что это был непростой для нее шаг, но она его сделала.

сказав: «Если вы цените меня не за то, как я работаю, а за то, с кем сплю, я ухожу!», уволилась

Из-­за нашей встречи мне пришлось уйти с BIZ­TV — его руководителю, Диме Костюку, изменения в моей личной жизни не понравились. Он начал вести со мной какие­-то странные разговоры: «Тебе теперь нельзя доверять. Ты — лицо заинтересованное, встречаешься с продюсером Ирины Билык, будешь ее продвигать». Конечно, все эти подозрения никакой критики не выдерживали — Ира, как самая яркая украинская артистка, не нуждалась ни в каком продвижении. На слова Димы я отреагировала со свойственным юности максимализмом и, сказав: «Если вы цените меня не за то, как я работаю, а за то, с кем сплю, я ухожу!», уволилась с BIZ­TV. Поработав на «Русском радио» и ТРК «Эра», я вернулась на «Интер», где когда­-то и случился мой первый телевизионный эфир, — мне предложили вести «Мелораму».

А вот с Никитиным вела я себя не очень красиво. В то время не хотела ни с кем вступать в серьезные отношения, хотя и понимала, что пора становиться взрослой. Но при мысли о том, чтобы начать жить вместе с кем-­то, меня охватывал панический страх. Поэтому я включила задний ход — стала говорить Юре, что он мне не нравится и мне неинтересно с ним общаться. Эту тактику я раньше опробовала на других мужчинах, и все они обижались и исчезали из моей жизни, а Никитин пропускал такие слова мимо ушей и на следующий день, как ни в чем не бывало, снова приходил ко мне. Можно сказать, что он взял меня осадой — упорной и долговременной.

Мы начали жить вместе, но я все время была чем­-то недовольна в наших отношениях, к тому же меня одолевало множество страхов. Спустя год после нашего знакомства, после очередных «Таврийских игр», я поехала домой в Кривой Рог, чтобы повидаться с родителями, а Юра — в Харьков, там проходили какие-­то предвыборные концерты. И вдруг он неожиданно появился у нас дома с кольцом — приехал просить моей руки у родителей. У нас с младшей сестрой случилась настоящая истерика, мы подняли его на смех: как это старомодно просить руки у родителей! Сейчас понимаю, как глупо себя вела, но тогда я просто не была готова к семейной жизни, поэтому, как могла, оттягивала ее. «Конечно, мы когда-­нибудь поженимся, — сказала я Никитину, — но не сейчас». В общем, обратила все в шутку.

сказала Никитину перед свадьбой: «давай поживем отдельно друг от друга». Юра — человек безотказный, взял и съехал на съемную квартиру

Прошло еще пять лет. У нас с Юрой появилась своя квартира — большая, в центре города, около ботанического сада. И вдруг я узнаю от своей сестры, что Юра готовит нашу свадьбу прямо в ботаническом саду. А надо сказать, я к тому времени была очень востребована как ведущая — поклонники передавали мне цветы и подарки, за мной пытались ухаживать. И в приступе этой свадебной паники я вдруг начала глупить, что еще ничего в жизни не видела и не испытала, ведь с детства была при родителях; что Юра мой первый и единственный мужчина, а надев обручальное кольцо, сразу же поставлю на своем будущем крест.

Ольга с Яной Клочковой и катериной Кузнецовой на съемках проекта «Танцую для тебя»

Я не могла свыкнуться с тем, что это будет навсегда, и сказала Юре: «Сама не знаю, чего хочу, мне надо во многом разобраться, поэтому давай поживем отдельно друг от друга». Наверное, было бы хорошо, если бы он мне тогда сказал: «Успокойся, мы останемся вместе, и точка!» Но Юра — человек безотказный, он все всегда делает для других, а не для себя, поэтому взял и съехал на съемную квартиру.

Тем не менее мы не ссорились. Отношения у нас были прекрасные, и мы снова начали ходить друг к другу на свидания. Вскоре оказалось, что я беременна. Незадолго до этого, не зная, как быть дальше, я мысленно перебирала несколько вариантов: если нам с Юрой суждено все­таки быть вместе, то Бог пошлет нам ребенка или вскоре мы окончательно расстанемся. Беременность оказалась подарком свыше.

Однако мы с ним не были морально готовы к этой ситуации. Мне хотелось, чтобы Юра говорил о том, как это круто и как он рад тому, что у нас будет ребенок, но он молчал. Впрочем, плохих слов я от него тоже не услышала, но это не помешало мне превратить ситуацию в трагедию. К тому же Юра не переехал ко мне — свобода для мужчин очень привлекательна, и мое предложение пожить отдельно оказалось — теперь уже можно было это признать — очень некстати. Я тоже вела себя не по-­женски, мне следовало сказать: «Это твой дом — возвращайся!» Я же все время ждала, что меня, как принцессу, будут носить на руках как по поводу, так и без повода, потому что я — это я, и любите меня за это. Только на седьмом месяце беременности Юра, заметив: «У тебя уже такой большой живот — тебе, наверное, тяжело?», переехал домой.

я очень много работала. Сейчас понимаю, что для женщины это — тотальная ошибка

Когда родилась Полина, ситуация не улучшилась. Гормональная перестройка не сделала мой характер мягче, к тому же я очень много работала. Сейчас понимаю, что для женщины это — тотальная ошибка. Зачем я это делала? Понятия не имею! Десять лет назад у меня было все то же самое, что и сейчас, тот же прекрасный мужчина, который мог меня обеспечить. Но я упорно работала все больше и больше. Женщина должна давать мужчине энергию — тогда он заработает гораздо больше, чем даже если они оба будут работать, но жена будет постоянно находиться на грани нервного истощения и ничего не сможет ему дать. До рождения Полины я вообще никогда не брала у Юры денег, а на все его предложения отвечала: «Я сама».

Я работала до последнего дня беременности и в результате была так истощена, что не смогла сама родить — мне сделали кесарево сечение

Не понимаю, как при тех же исходных данных, что и сейчас, будучи востребованной, известной, творчески реализованной, рядом с хорошим и успешным мужчиной, не имея никаких проблем — ни статусных, ни материальных, — я тогда была абсолютно несчастным человеком, а сейчас по-­настоящему счастлива. Прежде я старательно искала поводы для недовольства, теперь же нахожу их для счастья. Если ты сам не захочешь измениться и стать мудрее, жизнь сделает это за тебя, проведя путем страданий и душевных мук. Я работала до последнего дня беременности и в результате была так истощена, что не смогла сама родить — мне сделали кесарево сечение.

Несмотря на то что сильно уставала, ухаживая за ребенком, уже через десять дней после родов я вела «Песню года» и простудила во Дворце спорта грудь, после чего не смогла кормить Полину. Ради чего нужны были такие жертвы? Эти проекты давно не выходят в эфир, а я до сих пор чувствую себя виноватой из-­за того, что так утомлялась и до восьмого месяца беременности вела свадьбы на высоких каблуках, как будто бы мне то ли жить не за что, то ли меня никогда больше никуда не позовут.

Дочке не исполнилось еще и полугода, когда я узнала, что у Юры есть другая женщина

Наверное, Юра не выдерживал всех сложностей наших отношений, потому что Полине не исполнилось еще и полугода, когда я узнала, что у него есть другая женщина. Это случилось благодаря ей — она очень старалась, чтобы известие дошло до меня, поскольку была заинтересована в том, чтобы их связь превратилась в нечто большее, а для этого нужно было, чтобы Юра ушел из дома. Не узнай я, со временем бы все угасло, потому что в их отношениях не было не только серьезного зерна, но и простой влюбленности. Для меня новость стала страшным ударом — никогда не думала, что со мной может такое случиться, ведь мне казалось, что в наших с Юрой отношениях все решаю я. Испытывая терпение своих мужей, нужно помнить: когда они находятся в подавленном настроении, другие женщины очень легко — при помощи самых примитивных средств и действий — могут склонить их на свою сторону. Для этого достаточно дать ему то, чего он не может получить дома, — покой, расслабленность, заинтересованность в нем и его мнении. Это основная причина, по которой мужчины заводят любовниц.

Но это сейчас я все осознаю, а тогда мы так ругались, что вскоре я поняла: больше не могу жить в такой обстановке. Самое ужасное, мне тогда казалось, имело место какое-­то воздействие — и на Юру, и на меня. А как еще объяснить то, что я перестала есть, меня все время рвало, когда я заходила в церковь, у меня отнимались ноги, мне приходили в голову суицидальные мысли. Юра начал употреблять много алкоголя, хотя это никогда не было ему свойственно. Стоило включить телевизор либо открыть журнал или газету, как мне на глаза тут же попадался сюжет или материал о привороте. Я говорила об этом Юре, но он меня как будто бы не слышал. Более того, вдруг начал говорить: «Я вас обеих люблю». Этого я совсем не понимала: девушка десять лет работала в офисе, и он ее не замечал — как любовь могла вспыхнуть так внезапно?

Но постепенно, обращая внимание на факты, мне удалось его убедить. Решающую роль сыграла фотография мамы этой девушки — Юра признался, что почувствовал очень мощную энергию, идущую от нее: «Наверное, она действительно что-­то делает для своей дочери». Но это произошло позже, когда мы стали вменяемыми, тогда же я понимала, что еще немного — и мы возненавидим друг друга. Чтобы этого не случилось, собрала вещи, взяла Полину и уехала с ней в Одессу, не поставив в известность ни родителей, ни Юру. Друзья помогли нам снять квартиру, дали мне машину. Так мы жили несколько месяцев, в Киев я прилетала раз в неделю только для того, чтобы снимать «Мелораму», где никто не понимал, что со мной: я не проводила собрания, не интересовалась тем, что происходит в коллективе, — у меня просто не было на это душевных сил.

я понимала, что еще немного — и мы возненавидим друг друга. Чтобы этого не случилось, собрала вещи, взяла Полину и уехала в Одессу, никого не предупредив

Долго скрывать место, где мы находимся, было невозможно, и вскоре Юра к нам приехал. Сказал, что в день, когда я исчезла, его отношения с той девушкой закончились. Тем не менее он не мог ее уволить, поскольку чувствовал свою вину перед ней. «Она ни в чем не виновата, — говорил он мне, — это все я сам». Хотя очевидно, что женщина, захотевшая конкретного мужчину, всегда добьется своего. Несмотря на то что между ними уже ничего не было, легче мне не стало. С этой девушкой мы время от времени встречались в офисе, и она вела себя так, будто мы с ней по­прежнему конкурентки, — могла, например, закрыть дверь прямо у меня перед носом. На меня ее поведение действовало как медленная отрава — меня подташнивало от этого, причем не только морально, но и физически. Мне не давали покоя уязвленное самолюбие и опасность, исходившая от этой девушки, а она еще в течение полутора лет работала рядом с Юрой. У нее даже началось продвижение по службе — из секретаря она превратилась в менеджера, и я ничего не могла с этим поделать.

Чтобы спастись, я начала писать песни — и благодаря этому будто бы вынимала из себя боль. А Юра, желая облегчить мои страдания и отвлечь, начал мне помогать (прежде всего нашел человека, который делал аранжировки), хотя до этого всегда говорил, что не будет жить с певицей, потому что музыки ему и на работе достаточно, дома он хочет отдыхать. Псевдоним, который я себе тогда взяла — Арктика, — связан с тем, что происходило в нашей жизни, — вот такое у меня тогда было холодное и бесстрастное эмоциональное состояние.

Ольга Горбачева Арктика
Ольга Горбачева в клипе «Арктики»

В то время я была настолько сильно погружена в свои страдания, что все делала неосознанно — меня словно вели куда-­то. Я плакала каждый день до тех пор, пока однажды не сказала себе: «Стоп! Из-­за того что я погружена в борьбу с невидимым, пропускаю все самое радостное и ценное — первые шаги и слова своей дочери. Я не помню, когда у нее появился первый зуб, как она впервые сказала: «Мама». Первый год жизни Полины прошел для меня как в бреду.

Продолжаться так больше не могло, и один умный человек подсказал мне, что нужно делать в таких случаях: если действительно имело место энергетическое воздействие на меня и Юру, разрушить его могла только любовь — против нее любое зло бессильно. Я предложила Юре молиться за эту девушку — за то, чтобы она нашла более перспективную работу, встретила мужчину своей мечты, родила детей. Не знаю, делал ли это Юра, я у него не спрашивала, но я стала заставлять себя каждый день искренне молиться за ее счастье. Через месяц девушка уволилась сама.

Спустя год мы с Никитиным поженились, но, видимо, я, по-­прежнему имея рядом доброго и всепрощающего мужчину, который готов брать на себя вину абсолютно за все, несмотря на пережитое, сама внутренне не изменилась совершенно — не сделала никаких выводов, не смягчилась, у меня осталась обида, связанная с изменой моего мужа, я так его и не простила. Отношения оставались сложными, и, прожив два года в браке, мы — на этот раз без вмешательства третьих лиц — развелись.

Мне нужно было разобраться, чего же я хочу на самом деле, но это оказалось не так просто: в один день я просила, чтобы судьба послала мне нового мужа, а на другой молила: «Верните старого!» В этот период нам с Юрой казалось, что мы можем построить отношения с другими людьми, и у него они приблизительно через полгода появились. У меня все оказалось куда сложнее. Как человек публичный, я привлекала к себе внимание мужчин, и раньше мне казалось, что, будь я свободна, могла бы закрутить роман и с тем, и с этим. Но когда у меня появилась такая возможность, оказалось, что ни один из этих людей мне неинтересен настолько, чтобы я захотела потратить вечер на него, а не на ребенка, не говоря уже о том, чтобы познакомить его с Полиной.

Ольга Горбачева с дочкой Полиной
Ольга Горбачева с дочкой Полиной

В течение этих двух лет за мной ухаживало много мужчин, но ни одного из них я не пригласила в дом, в котором жили мы с дочерью, потому что понимала: все они слишком далеки от Юры. К счастью, он все время был рядом с нами — помогал, беспокоился. По моим ощущениям, мы все равно оставались для него на первом месте.

Первая умная вещь, которую я, как женщина, сделала в жизни, заключается в том, что во время развода ничего от него не потребовала. Юристы подготовили документы, там было написано, сколько он будет перечислять мне в месяц, на сколько дней оплачиваемого отпуска я буду иметь право, как мы делим квартиры и машины. Но у меня что-­то екнуло в душе — я смотрела на Юру и понимала: если сейчас я это подпишу, между нами все будет кончено. Люди, которые любили друг друга, не должны так расставаться. И я сказала: «Юра, лучше ты будешь давать нам то, что посчитаешь нужным». Так я проявила доверие к жизни и к своему мужчине — и никогда в жизни об этом не пожалела.

Не знаю, сработало бы это с другим человеком или нет, — не в каждом из нас можно пробудить лучшие качества, хотя во всех они есть, просто кому-­то нужно больше ласки, а кому-­то — меньше. Юра после этого начал заботиться о нас еще больше, чем раньше. Он делал мне такие подарки, каких не было даже тогда, когда мы жили вместе. Муж одной из моих подруг, глядя на это, как­то сказал: «Знаешь, Оля, вообще­-то бывшим женам машины не дарят, а я знаю, о чем говорю, поскольку женат в третий раз». На годовщину нашей свадьбы Никитин принес мне кольцо с огромными камнями — у меня никогда такого не было. «Юра, — удивилась я, — как это возможно, ведь мы полгода назад развелись». На что он ответил: «У меня с тобой была очень хорошая жизнь, и я за это тебе благодарен». Мог ли кто­-то другой, как бы он ни старался, после таких поступков стать рядом с Юрой? Конечно, нет! Одно дело, когда мужчина хочет заполучить женщину и бросает все к ее ногам, и совсем другое, когда у него с ней уже все было, а он все равно ведет себя так благородно. Я понимала, что, если мне пришлось выбирать между любым другим мужчиной и Юрой, я выбрала бы его, и чувствовала, что он, несмотря на то что у него есть девушка, сделал бы то же самое.

Ольга Горбачева "Снег"
Ольга Горбачева в клипе «Снег»

Где мне было искать виноватых в том, что мы развелись? Только в себе. Поэтому и хорошие перемены в жизни я решила начать с себя — стала работать над тем, чтобы перестать быть в этих отношениях мужчиной, а превратиться в настоящую женщину — мягкую, доб­рую, ласковую. Встречаться и общаться с Юрой нам по­прежнему иногда было сложно, и тут мне очень помогала Полина. Помню, когда в очередной раз мы с ним выясняли отношения на повышенных тонах, она подошла ко мне и тихонечко сказала: «Мама, перетерпи». Я тогда поняла, что во мне вообще нет этого качества, я рублю все сплеча и считаю, что всегда и во всем права, то есть демонстрирую полное отсутствие понимания своего женского места в мире.

Как должна проходить идеальная жизнь женщины? В молитве, мантрах и медитации. Осознав это, я начала читать эзотерические книги, проходить женские практики, заниматься йогой, ходила к психологу, биоэнергетикам, мастерам даосских и тантрических практик и встретила священника, который не устрашал меня грехами, а научил верить и молиться. В такую жизнь трудно «впрыгнуть» сразу — если ты никогда не думала ни о чем, кроме своей карьеры, надо проявить терпение. Постепенно, в течение нескольких лет, я занималась собой и собственным мироощущением — то есть своей гармонизацией. В результате избавилась от депрессий и начала чувствовать себя по­настоящему счастливой.

Но самое интересное, что менялась не только я, — постепенно начал меняться и Юра. Он становился таким, каким я хотела его видеть раньше и каким пыталась сделать насильно, — чему, как любой свободный человек, он, конечно же, сопротивлялся. Находясь в отдалении от меня, превращался в мужчину моей мечты, а благодаря нашей сильной энергетической связи мои изменения начали гармонизировать нас как пару: во мне наконец стало главным женское начало, а в нем — мужское. Он тоже начал заниматься йогой, перестал есть мясо и принимать алкоголь. И обнаружил, что его сильно затягивает в те новые отношения, которые при ближайшем рассмотрении оказались не такими идеальными. А тут, с другой стороны, я встречаю его всегда с улыбкой, не говорю ни одного слова против, проявляю долгожданное уважение. Ситуация сложилась с точностью до наоборот: девушка, с которой он жил, уже играла роль сварливой жены, а я — легкой в общении, ненавязчивой и ласковой любовницы, хотя в плане физических отношений ничего между нами тогда не было. Но со стороны мы стали казаться друг другу необыкновенно привлекательными.

Юрий Никитин
Во второй раз Юрий Никитин сделал предложение Ольге публично

Перерыв от развода до того времени, когда мы снова стали жить вместе, составил приблизительно два года. Еще какое-­то время Юра — я это видела — был настороже: он не мог поверить, что я изменилась. Тем более что шаблоны моего поведения, от которых я хотела избавиться, время от времени возвращались — это продолжалось в течение года, но я очень жестко себя контролировала, потому что не хотела снова вернуться в атмосферу боли и страданий. Всему виной были мои остаточные проблемы с самооценкой. «Наверное, — все время думала я, — он вернулся ко мне потому, что не встретил за это время никого лучше». Мне не верилось, что я достойна любви.
Чтобы избавиться от привычки быть несчастной, я писала Юре письма, которые никогда не отправляла, сочиняла песни — и негатив уходил. Постепенно мы начали верить друг в друга и в то, что в одну реку можно войти дважды, просто для этого надо стать совсем другими людьми.

Когда у нас все стало налаживаться, я поняла, как теперь должна быть построена моя жизнь. На первом месте у себя отныне буду только я с моей работой над собой, на втором — мой любимый мужчина, на третьем — дети, на четвертом — работа. Только так и не иначе! Это не значит, что чувства и интересы моих близких стали для меня второстепенными, но, не приведя в хорошее состояние себя, невозможно правильно позаботиться о других. Для меня, кстати, были серьезным откровением рассказы Юры и Полины о том, что они чувствовали в то время, когда мы расходились. Я настолько упивалась своей болью, что даже не думала о том, что мои самые близкие и родные люди тоже могут страдать. Только несколько лет спустя в моем клипе «Второе дыхание» они рассказали о детской и мужской стороне развода. Нам почему-­то легче заботиться о чужих людях, хотя наши близкие нуждаются в участии ничуть не меньше, а порой и больше.

Ольга Горбачева с дочерью
Ольга Горбачева с дочерью

Изменилось и мое творчество. Когда мы с Юрой жили врозь, у меня в нашем продюсерском центре было больше всех концертов, но это не делало меня самой счастливой. Я поняла, что должна делать то, что хочу, и написала свою первую некоммерческую песню — «Свет». Это одно из тех произведений, которые пишутся не в расчете на прибыль, а идут откуда-­то сверху и в то же время от всей души и от чистого сердца. Продолжением стал мой альбом «Благо Дарю» — как символ того, что я хочу дарить миру благо, а не брать его, говоря — и иногда не говоря — «спасибо». Этой музыкой я исцелила свою личную жизнь и хотела бы помочь другим женщинам.

Второе предложение руки и сердца Юра решил сделать мне публично. Поначалу во мне проснулись старые страхи: как это?! Вспомнилось, что я устраивала Юре в день нашей первой свадьбы. Мы тогда целый день плавали на корабле, на который не пригласили никого, кроме родственников, из друзей была только Ассия Ахат — она крестная Полины. На берегу меня ждал сюрприз: Юра снял президентский номер в только что открывшемся отеле Hyatt — с видом на Софийский и Михайловский соборы, — в котором до нас еще никто не жил, а после нас во время своего визита в Украину там поселился Билл Клинтон. Я устроила настоящую истерику: меня увидят на ресепшен в свадебном платье, вызовут папарацци, завтра же фотографии будут во всех газетах. Сегодня смешно об этом вспоминать, но тогда все это было для меня так серьезно.

Ольга Горбачева Юрий Никитин
Ольга Горбачева и Юрий Никитин на собственном примере доказали, что в одну реку можно войти дважды

Но в этот раз наша помолвка стала для меня одним из лучших дней в жизни и еще одним этапом внутреннего освобождения — я не только смогла все расставить на свои места, но и получила какой­-то невероятный объем энергии. А главное — расслабилась и поняла: этот мужчина несет за меня ответственность, значит, мне надо просто довериться ему. С одной стороны, я должна была сделать этот вывод четырнадцать лет назад, когда Юра делал мне предложение в первый раз, с другой — хорошо, что это случилось сейчас, а ведь могло бы вообще не произойти. Поняла я и еще одну важную вещь: никогда нельзя строить планы в отношении других людей, все будет так, как должно быть. Если бы я все время думала о том, как бы сделать так, чтобы Юра снова на мне женился, этого, скорее всего, не случилось бы никогда. Если мы не будем рисовать мысленно картинки того, как все должно произойти, вселенная сделает это намного масштабнее. Мы мыслим узко и стандартно, а все может быть по­настоящему волшебно — например, как наша помолвка.

Ольга Горбачева

Со свадьбой мы на этот раз не спешим [Юрий Никитин и Ольга Горбачева официально расписались 29 июня 2016 года в киевском ЗАГСе, а 30 июня сыграли пышную свадьбу в украинском стилеприм. Ред.]. По традиции от помолвки до свадьбы должен пройти год, мы планировали ее на минувшую осень, но потом решили, что еще не время. Возможно, это и к лучшему.

За этот год Бог послал нам еще одну прекрасную дочь. И дал нам шанс отнестись к родам и беременности совершенно иначе, с должным благоговением. У женщин большие, обусловленные социумом, страхи, что они не сделают карьеру, если родят ребенка, потеряют фигуру и привлекательность в глазах мужчин. С таким отношением к родам жить нельзя — этот процесс задуман природой как большое благо, а мы с такими мыслями теряем от него удовольствие. С каждым ребенком к нам приходит огромный объем энергии, при помощи которого можно полностью изменить жизнь. Я, например, начала петь, когда родилась Полина, и за время той беременности написала, наверное, самые лучшие свои песни. C Серафимой мне пришло понимание, что я могу сделать полезного для других женщин: так я начала выпускать видеоблоги «Жизнь женщины» и придумала необычный формат своих концертов — это мини­семинары, где мы учимся через красоту и вдохновение быть счастливыми каждый день.

На нашей первой свадьбе была Полина, ей сшили такое же платье, как у меня, а в загсе она спрашивала, где ее кольцо.

Ольга Горбачева Юрий Горбунов
Первая свадьба Ольги Горбачевой и Юрия Горбунова

На следующее утро зашла ко мне в комнату и сказала: «Ну все, мама, теперь папа — наш муж». И я подумала, что через год, когда Серафима уже начнет ходить и тоже придет на нашу свадьбу, это будет очень трогательно.


Подготовлено по материалам «Каравана историй» (январь-февраль 2015)

В конце 2016 года Ольга Горбачева выпустила новый альбом «7 жизней женщины», который стал уже пятым в ее музыкальной карьере. Окончание своего «творческого отпуска» Ольга отметила громкой вечеринкой на День рождение Юрия Никитина.

Ольга Горбачева, Юрий Никитин и их старшая дочь Полина
Ольга Горбачева, Юрий Никитин и их старшая дочь Полина
Ольга Горбачева 7 жизней женщины
Обложка нового альбома Ольги Горбачевой «7 жизней женщины»

Все фото предоставлены Mamamusic