Однажды он не выдержал и в перерыве между съемками улетел в Нью-­Йорк. Когда они встретились в их бруклинском доме, из которого уже выветрился дух счастливой семьи, и Хит схватил дочь на руки, Матильда испугалась. Но, услышав от мамы, что папы не надо бояться, доверчиво ему улыбнулась. «Вот и все, после этой улыбки уже не случится ничего плохого», – подумал Хит и увлек дочь в комнату, которую завалил привезенными игрушками.

Он долго возился с ней на коврике, гулял по улицам, держа на плечах, кормил с ложечки, приговаривая: «За маму, за папу». И к вечеру хаос в его душе сменился забытым чувством покоя, порядка и надеждой, что в этот дом вернется прежняя безмятежность. Когда Матильда уснула, Хит высказал Мишель все, о чем думал во время разлуки. Объяснил, что все еще поправимо, и даже пообещал, что она не только будет беречь их дом, но и время от времени сниматься. Мишель сочла это оскорблением и отказалась от «щедрой подачки».

Когда она сказала, что им надо расстаться, Хит обезумел от горя. Да, он пока не нашел баланса между семьей и работой, но разрушать их мир не хотел. И все­таки в августе 2007­го, прожив чуть больше трех лет, они с Мишель расстались…

…Сердце Кейт защемило, когда она вспомнила о тех днях. Мало того что семья брата распалась, так еще и пресса начала взахлеб обсуждать это событие. Одни утверждали, что причина разрыва – Хит Леджер с его сверхзанятостью, другие – что они оба думали о карьере, а не о семье. А некоторые вообще были убеждены, что Хит слишком увлекся наркотиками.

Бедный брат, он не пробовал ничего крепче мариуханы, которую курит пол­Америки. А снимаясь в «Темном рыцаре», бросил и курить, и пить.

Окончание съемок сняло с плеч Леджера тяжкий груз. И, чтобы это отметить и окончательно сбросить с себя шкуру Джокера, он уложил в ведро со льдом банки пива и колы, забрался с ногами на дизайнерский диван и пересмотрел сразу три сезона комедийного сериала. А чем ему теперь заниматься? Мишель с дочерью остались в брук­линском доме, а Хит переехал в пятикомнатную холостяцкую квартиру в Сохо. Обставил ее с аскетической роскошью, а спальню обустроил так, чтобы двухлетняя Матильда, бывая у папы, не ощущала разницы со своей комнатой в Бруклине.

Без нее, светлого лучика, на душе было мрачно. И к флаконам с разноцветными таблетками добавились новые – с антидепрессантами. Правда, они помогали забыться так же ненадолго, как походы в бары и ночные клубы. Газеты не врали: он и впрямь начал прожигать жизнь и без конца менять девушек. Супермодель Хелена Кристенсен, Кейт Хадсон, Хизер Грэм, скандальная актриса Линдси Лохан, модель Джемма Уорд…

Хит не жил, а горел. У него была масса задумок, и он так спешил воплотить их в жизнь, что порой казался просто одержимым. Чтобы поделиться новой идеей, мог позвонить среди ночи или прийти в шесть утра. Казалось, сам он никогда не отдыхает. Его друг Кен Манера опешил, услышав, что Хит собирается открыть киностудию. Откуда в этом австралийском парне столько энергии и жажды нового? Он что, другой, инопланетянин?

Наверное, отчасти так и было. Не зря Терри Гиллиам, кумир Хита, предложил ему роль мага в фильме «Воображариум доктора Парнаса». Тот мгновенно согласился и улетел в Лондон на съемки. Гиллиам был в полном восторге от Леджера и утверждал, что этот актер способен творить чудеса перед камерой. Хит и вправду потрясал. И все же порой приходил на съемки совершенно разбитым. Переживания после распада семьи, тоска по дочери, бессонница, которая изматывала его уже четыре месяца, плюс самоотверженность ради роли и бесконечные перелеты между Лондоном и Нью­Йорком – все это лишало сил.