И внезапно выяснилось, что красавчик и везунчик Лето – преданный искусству актер, который, хотя и не учился в престижных театральных школах, да и вообще не учился актерскому мастерству, интуитивно следует методу Ли Страсберга – Станиславского, то есть полностью вживается в роль, мысленно проходит со своим персонажем весь жизненный путь.

В драме «Префонтейн», 1997 г.

Джаред не только тренировался в беге на длинные дистанции, но и голос сумел изменить так, что родная сестра Стива на предпремьерном показе разрыдалась, узнав интонации брата.

Теперь на Джареда обратили внимание серьезные режиссеры: Терренс Малик («Тонкая красная линия»), Дэвид Финчер («Бойцовский клуб», где Лето сыграл эпизодического, но запоминающегося персонажа по прозвищу Ангельское Личико, которого избивает до неузнаваемости Брэд Питт). И после эпизодических ролей он получил главную роль в «Реквиеме по мечте» Даррена Аронофски.

– О, это был бесконечно важный фильм, – как-­то сказал он в интервью. – Я для той роли ходил на пробы примерно шесть тысяч раз. Было адски трудно.

Даже смотреть эту ленту трудно: она полна такой безы­сходности и отчаяния, что все время хочется поставить на быструю перемотку. Герой Джареда – добрый мечтательный парень, который примерно на десятой минуте начинает употреблять тяжелые наркотики, в середине теряет девушку, которая за дозу вынуждена продавать себя, а в финале ему ампутируют руку из­-за гангрены. Мрачную социальную драму приветствовали в Каннах и номинировали на «Оскар», правда, не за мужскую, а за женскую роль – матери главного героя.

Для роли актер сбросил тринадцать килограммов и прожил несколько дней на улице, под мостом, в компании настоящих безнадежных наркоманов. И даже кололся – не героином, конечно, а дистиллированной водой, – чтобы максимально проникнуться состоянием. Сам он с наркотиками к моменту съемок давно попрощался: собственных эндорфинов хватало, потому что Джаред уже писал песни и выступал в клубах с его группой 30 Seconds to Mars, и музыка в его жизни отчасти затмевала актерство.

Началось все в 1996 году как маленький семейный бизнес. Младший Лето, чья кинокарьера потихоньку шла в гору, испытывал чувство вины из­-за того, что Шеннон до сих пор «ищет себя» где-­то по съемным квартирам и прочно сидит на амфетаминах. Они почти не общались. Но как­-то Джареду пришла в голову гениальная мысль. Он набрал номер Шеннона в очередной съемной квартире и оставил на автоответчике сообщение: «Эй, приятель, это твой ужасный младший братец. Ты как насчет вернуться к старому? Я – на гитаре, ты – на ударных. Станем настоящими рок­звездами, как «Стоунзы», а? Или как «Секс­пистолзы»?