Он угощает их домашним яблочным пирогом, игнорируя реплику Карелла, что ему­-то как раз поправляться не нужно, и пересказывает мудреные шутки, которые утром услышал от дочки. А Маккей, уплетая второй кусок, вспоминает, как вчера Эми Адамс, играющая жену Чейни, не выходя из роли между дублями, спорила с ним о Джордже Буше­-младшем. Но когда, подкрепившись, он начинает обсуждать со Стивом политику серьезно, Кристиан ретируется. Общение – это прекрасно, но ему на самом деле нужно подготовиться.

– Не смогу поддержать беседу, господа. Мне сложно сказать что-­то умное.

– Крис, да прекрати же ты кокетничать!

– Уже прекратил, – отвечает он с улыбкой и скрывается в трейлере.

В данном случае он действительно кокетничает: Бейл легко мог поддержать любую беседу даже в детстве, даже со взрослыми, потому что сам рано повзрослел. Родители не оставили ему другого выбора…

Когда ему исполнилось два, семья перебралась из Хаверфордвеста в Уэльсе в английский Суррей, потом – в Дорсет, а затем пожила в доме представителей Свидетелей Иеговы и даже в Португалии. Но не жажда путешествий двигала ими, а угрозы судебных приставов, которые преследовали его отца, человека, профессии которого в детстве для Кристиана были загадкой.

То Дэвид работал на ферме, то пилотом, то торговал джинсами. Поэтому иногда семье с тремя детьми (у Криса есть две старшие сестры) приходилось съезжать за два часа, но отец быстро находил новый дом. Он был предан семье, но в то же время был лукавым авантюристом, которого звала дорога. В нем была тайна, и это восхищало мальчика. Его мама Дженни работала в цирке. Кристиан же увлекался то балетом, то игрой на гитаре, то регби, то воздушной гимнасткой, но, когда начал играть в кино, все это отошло на второй план.

Отец Кристиана с супругой Глорией Стайнем, 2003 г.

Эми Ирвинг, которая снималась в телефильме «Анастасия: тайна Анны», была замужем за Стивеном Спилбергом и посоветовала мужу рассмотреть кандидатуру Кристиана на роль в «Империи солнца» – так сильно Бейл впечатлил ее. Пройдя предварительные пробы, он с отцом прилетел в Лос­Анджелес для финального вердикта.

Ожидая Спилберга в игровой комнате в его офисе, Бейл коротал время за видеоприставкой, но мигом включился в работу, стоило Стивену появиться. Режиссер был поражен не только эмоциональной игрой ребенка, но и четким пониманием сложной роли Джейми Грэма, британского девятилетнего школьника из богатой семьи, разделенного с родителями, который несколько лет в начале Второй мировой войны проводит в японском лагере для интернированных лиц.

Кристиан в картине «Империя солнца», 1987 г.

Последующие съемки в Шанхае в марте 1987­-го, встреча и взаимная влюбленность в Дрю Бэрримор, крестницу режиссера, премьера фильма на Рождество в США, а потом в Лондоне – в присутствии королевы Елизаветы II, куда Кристиан пришел в белом смокинге и с красным галстуком-­бабочкой… Все это казалось Бейлу сказочным приключением. И даже приз, созданный специально для него американскими кинокритиками, казалось, достался кому­-то другому, а не ему.

С одной стороны, были приятны похвала и телеинтервью, хотя и было немного странно, что все говорят только о нем и его невероятном таланте. С другой — от этого все сильнее хотелось сбежать. Он просто планировал в удовольствие сыграть в этом кино. И, может быть, еще в одном. И все. Затем вернуться в школу, кататься на велосипеде в лесу, дурачиться с друзьями (которые теперь почему­-то завидовали, а одноклассницы были влюблены в него) и в итоге стать мотогонщиком.

15 марта 1988 года, за день до премьеры драмы во Франции, Кристиан, как и несколько месяцев до этого, давал интервью прессе, сидя в парижском отеле.

– Итак. Громкий успех у Спилберга. Что бы ты хотел делать дальше? – спросила улыбчивая тележурналистка.

Отвечая на этот вопрос сотни раз, Бейл знал ответ: сняться еще в каком-­то фильме. Но сейчас онемел: его внезапно начало мутить от ужаса и страха.

– Извините, мне нужно… – он вскочил с места и в слезах вылетел из гостиничного номера.