Как справлялись с разлукой с мамой?

Поначалу я была так рада открывшимся перспективам — прямо на крыльях летала — что по маме совсем не скучала. Были девочки-­модели, моего возраста и даже старше, которые каждый день в слезах звонили домой. Я не плакала. Думала: странные какие, тут же так хорошо.

Восемь месяцев мы с мамой не виделись, а потом она приехала в гости. Примерно в это же время я съехала с модельной квартиры. Мы хорошо ладили с девочками, с некоторыми дружим до сих пор. Но в один прекрасный момент соседки стали без спросу брать мою одежду и есть мою еду. Мне это не понравилось, и я ушла.

Стала жить одна, в крошечной студии, — и тут меня навестила мама. После ее отъезда я начала страшно скучать. Мне вдруг стало ужасно одиноко. Все что у меня было — это работа. С друзьями я почти не виделась, парня не было. Я все время летала по миру и работала, а дома, в свободную минуту, читала книги. Я по натуре немного отшельник и годами жила по этому сценарию — без каникул, только работа. Сама по себе.

С одной стороны, мне никто не нужен, с другой, бывало одиноко. Этот период закончился, когда я осознала: хватит затворничать, надо самой выходить в люди и больше общаться, а не только работать. Я поняла, как совместить интересное с полезным.

А когда вы почувствовали себя по­-настоящему знаменитой?

Когда студия объявила, что я снимусь в очередном фильме о Джеймсе Бонде — «Кванте милосердия». Меня засыпали звонками, и я поняла: что-­то изменилось. Но на улицу я выхожу спокойно.

Кадр из фильма «Квант милосердия», 2008 г.

В повседневной жизни я сознательно одеваюсь так, чтобы меня не было заметно: кроссовки, джинсы, шапка или бейсболка. Не хочу, чтобы на меня глазели и мешали. Но если понадобится, могу сделать так, что меня заметят все — на мероприятии или вечеринке.

Конечно, меня узнают — буквально вчера я пошла в магазин здесь, в Испании, и продавщицы меня узнали. Но, наверное, это скорее потому, что они видели меня в упор, а в толпе на улице люди не слишком присматриваются друг к другу. Меня узнают, но не докучают — просто приветствуют или улыбаются.

С приходом популярности я как личность не изменилась — поменялась моя жизнь. Я больше работаю и чаще в разъездах. Меняется принцип работы и отношение к ней. А внутри я все та же — всегда была простым человеком.

На обложке июльского номера украинского Vogue, 2015 г.

Как считаете, внешняя привлекательность не мешает получать сложные характерные роли?

Иногда случалось, что мешала — во Франции. Там в принципе любят внешность попроще. Мне говорили: нет, не можем тебя взять, ты слишком яркая. А в Голливуде красота котируется больше. Только недавно мне не дали роль в одном кино, как собирались изначально, сказав, что если я в нем снимусь, буду красивее главной героини, а это недопустимо. А жалко, фильм большой. И тем более обидно, что я уже во второй раз не могу поработать с этим режиссером. Но это редкое исключение, а вообще внешность чаще помогает, чем мешает.