На веранде в ту пятницу Стивен остался в полном одиночестве. Табита с детьми укатила на уикенд к своим родителям, предоставив дом в полное распоряжение супруга. Признаться откровенно, он был рад. Стивен любил жену и этих мелких, любопытных непосед Наоми и Джозефа, но иногда каждому из нас необходим кусочек личного, неприкосновенного пространства.

Что-то вырвало его из мечтательной задумчивости. Кажется, отправившись в свободное плавание по стране фантазии, он ненароком уснул и теперь никак не мог сообразить, что же произошло. Но нечто определенно случилось. Стивен осмотрелся: впереди, где начинался лес, сгустилась непроглядная тьма, за спиной цедила тусклый свет уличная лампочка. Сквозь двойные стекла ее робко поддерживал одинокий торшер, притаившийся в углу гостиной. Ничего необычного. Затем он прислушался: ворчливый шепоток ветра, зацепившегося за верхушки сосен, не предвещал ни бури, ни даже мало-мальской непогоды. Еще было шуршание колес по лесной дороге в паре десятков метров от дома, уханье совы и ночные шорохи. Но они звучали настолько привычно, что пришлось напрячь слух, чтобы отделить их друг от друга и собственной тревоги. Так что это было? Что его разбудило?

Кадр из фильма «Оно», снятого по мотивам романа Стивена Кинга

Дзынь-дзынь. В глубине дома сдавленно тренькнуло несколько раз и затихло. Вот оно что, телефон звонил, пока Кинг дремал. Наверняка это Табита. Хочет сообщить, что благополучно добралась до родительской фермы и теперь они с детьми чудесно проводят время.

Стивен прошествовал к холлу у парадного входа, в котором находилось незаменимое средство связи. По пути наполнил опустевший стакан еще одной щедрой порцией виски и уселся на стул рядом с телефонным столиком. Спустя пять минут аппарат ожил снова. Дзынь… Дзынь-дзынь.

– Алло? Алло? – Стивен немедля схватил трубку. – Табита, это ты? Как доехали?

Из телефонного динамика донеслось сопение, потрескивание и какие-то нечленораздельные звуки. Словно звонивший находился не на расстоянии всего-то полутора сотен километров, а как минимум на другом конце вселенной. Впрочем, в этой глуши, именуемой родовым гнездом Табиты, проблемы со связью были обычным делом, наверное, именно поэтому сегодняшние звонки такие короткие и прерывистые.

– Алло! Плохо слышно! Все в порядке? – Стивен требовательно вопросил трубку.

– Хр-р-р… Хр-р-р… Кх-р-р… Кх-кх… – загадочно ответила трубка и умолкла, погрузившись в тревожные шумы из потустороннего телефонного мира.

Ничего из ряда вон, всего-то помехи на линии, но ему вдруг стало неуютно.

– Кэрри… Кэрри… Ах-ха-ха… Люблю…

Голос с нотками смеха был каким-то зловеще-искусственным, но при этом таким надрывно-ломким, будто принадлежал ребенку. Стивен почувствовал, как по спине стройными рядами ползут липкие мурашки.

2006 г.

– Прекратите! Немедленно прекратите! Или я вызову полицию! – в панике закричал он и услышал, как в ответ довольно хрюкнули.

– Хр-р-р… – кто был ни находился сейчас на той стороне провода, он явно издевался.

– Клянусь, вот прямо сейчас я кладу трубку и звоню в полицию и телефонную компанию. Они найдут тебя, чертов ты шутник.

Трубка снова рассмеялась. Но на сей раз задорно, искренне и совершенно по-человечески.

– Привет, Стивен. Извини за этот дурацкий розыгрыш, не смог удержаться, – помехи на линии исчезли без следа, голос был ровным и уверенным.

– А? Что? Кто вы такой? – Стивен отчаянно пытался вернуть себя в обыденную реальность, и половина стакана виски залпом отправилась в пищевод, минуя все вкусовые рецепторы.

– Прости, что не представился. Меня зовут Брайан… Брайан Де Пальма, и я настолько в восторге от твоего романа, что хочу его экранизировать. И не ругай Табиту, если что… Это она мне сказала, что ты сегодня останешься дома один.