Родители тоже испытали все особенности вашего характера в полной мере?

Конечно, но при этом они дали мне полную свободу. Например, я не разбиралась в математике и не стремилась ее выучить лучше, а они не настаивали. Хотя папа – военный и знаток высшей математики – пытался исправить положение.

Я его спрашивала: «Папа, сколько будет два плюс два?» Он отвечал, что четыре. И я это понимала, но, когда он переспрашивал, я уже отвечала, что три. Как он нервничал! Уходил, говоря, что сил его уже не хватает, чтобы мне объяснять одно и то же: «Это бесполезно! Пусть поет и танцует». Я же просила его успокоиться и еще раз объяснить… А потом заводилась сама. В итоге приходила мама и успокаивала обоих. Так что математику я так и не выучила.

Ингрет с мамой и папой, 2005 г.

Благодаря отцовской линии у вас такое необычное для Украины имя?

Нет, это все мама. Ее род – этнические немцы, проживавшие в Казахстане. Мою бабушку зовут Вильма Ульрих. Сейчас она живет в Виннице вместе с мамой. Вильма родилась в Германии, и, когда ей было два года, их семью переправили в Чемкент. Оттуда моя мама поехала учиться в Санкт-­­Петербург, где и познакомилась с папой, который тоже там учился. Спустя полгода они поженились и уехали в Казахстан. Там родилась моя сестра, я же появилась на свет спустя девять лет в Виннице, на папиной родине.

 я должна была родиться в Германии

Хотя родиться должна была в Германии – мама так хотела. Но у нее был уже такой большой живот, что ее просто не пустили в самолет! Интересно, что каждый раз, когда я приезжаю в Германию, чувствую, что это моя страна, моя атмосфера. Хожу по улицам, ощущая, что прожила там одну из жизней.

Фото: Иванна Богацкая, Виктория Кострук, предоставлены MOZGI Entertainment

Маму всегда интересовала тема религии. Сначала она читала книги церковной тематики, а потом поступила в духовную семинарию. У нее  вообще такая установка в жизни: всегда надо учиться. И сейчас часто ездит на синоды.

Она  всегда мне говорит: во что бы ты ни верил – это одно и то же. Просто называется по-­разному. Нет у нее фанатизма, а есть мудрое отношение к вере. Школьницей я ей говорила, что как раз учиться не надо. В общем, проявляла характер. Думала, окончу школу и буду все знать. Теперь понимаю, что была неправа.

Во время беременности мной мама уже служила диаконом в лютеранской церкви. Кстати, когда я родилась, то стала первой, кого в этой церкви окрестили. Мама много пела, и ей все говорили, что раз она столько поет, то и дочка будет певицей.

Помню, в девятом классе мы с подругами обсуждали, кто чем хочет заниматься. Многие не знали. И меня очень удивляло, как этого можно не знать. Я уже тогда четко понимала, что буду артистом, музыкантом, актрисой.

Очень благодарна маме за то, что она не запрещала мне интересоваться разными темами, самостоятельно познавать мир вокруг. Читать я начала не с художественной  литературы, а с книг об осознанных сновидениях и астральных знаниях. Углублялась в эту тему все больше, но в один момент поняла, что пора остановиться.

Вообще эзотерика – это отдельная большая тема, которой я живу. Она меня заинтересовала рано: уже с одиннадцати лет я сочиняла песни и сказки, которые были с этой темой связаны.

Из­-за моего мировоззрения меня часто называют «космической»

Однажды написала песню про рыб, изобразив их жизнь, что многим показалось необычным. Кстати, я долго не могла понять, почему я так люблю рыб, обожаю воду, море, океан. А позже узнала, что тяга ко всему морскому передалась мне от дедушки по маминой линии: вся его квартира была от пола до потолка заставлена аквариумами. Он очень хотел дожить до момента, когда я появлюсь на свет, но умер незадолго до моего рождения.

«Фото: Виктория Кострук, предоставлено «MOZGI Entertainment»

Я и сейчас считаю, что главное – во что­-то верить. А это то, во что я верю. Например, недавно прочла, что кровные родственники и даже мужья посланы в нашу жизнь, чтобы помочь прорабатывать некие наши качества. У всех эти качества разные.

Думаю, благодаря тому что родители мне всегда доверяли, многое сейчас дается легче. Они ничего не запрещали мне, не сажали под домашний арест. Честно говоря, не представляю, как можно было это вынести и воспитать нормального ребенка, оставаясь при этом уравновешенной, как моя мама. Надеюсь, в будущем у меня тоже получится.

Из­-за моего мировоззрения меня часто называют «космической». Мне этот эпитет кажется забавным. Я девушка со своим миром.