Сегодня, 5 ноября, одна из самых интересных актрис современности Тильда Суинтон отмечает 58-летие.

Присоединяйтесь к нам в FacebookTwitterInstagram  и всегда будьте в курсе самых интересных новостей шоубиза и материалов журнала «Караван историй»


Она проснулась, когда низкое северное солнце нацелило свои прожектора прямо ей в лицо. Приоткрыла один глаз, недовольно уткнулась в подушку. На половине Сандро постель осталась несмятой, значит, всю ночь работал в мансарде. В надежде, что удастся снова заснуть, Тильда полежала еще, потом сладко, с расстановкой потянулась и сбросила одеяло.

В детстве, в привилегированной частной школе для девочек, она каждое утро страстно мечтала стать взрослой, чтобы не нужно было вылезать из постели впотьмах и идти на уроки. Правда, когда у нее самой родились близнецы, пришлось основательно встряхнуться и на несколько лет забыть о долгом утреннем сне. Но сейчас детям по семнадцать, и в школу они добираются самостоятельно на велосипедах, благо в крошечном Нэрне все под боком. Как­то на ночном ток­шоу в Штатах Тильда, посмеиваясь, объяснила ведущему, что по американским меркам Нэрн с его десятью тысячами населения, конечно, деревня, но в Шотландии он называется городом.

Она подошла к окну, откуда открывался никогда не надоедающий вид: с одной стороны – залив Мори­-Ферт, с другой – острые городские крыши с затейливыми дымовыми трубами и церковные шпили. Сегодня ветрено, над океаном облака разметало, как в центрифуге.

Тильда и ее избранник, художник Сандро Копп / Фото — Getty images

Тильда накинула на шелковую пижаму старенькую спортивную кофту сына, из которой он уже вырос, и спустилась в кухню, где Сандро готовил тосты и апельсиновый фреш. Под глазами у него залегли круги, но бородка бодро топорщилась – видимо, ночь прошла плодотворно. Тильда небрежно­ласково чмокнула Сандро в ухо и переключила внимание на сок, но бойфренд придержал ее за локоть.

– Погоди, вот тут присядь и голову наклони, пусть волосы падают, да погоди ты со своим соком, смотри, свет какой, – и забормотал неразборчиво, делая набросок в блокноте, одном из тех, что валялись по всему дому.

– Я есть хочу, сколько еще так сидеть? – проворчала Тильда, привычно замирая в вычурной позе.

Наконец, через несколько минут Сандро остался удовлетворен наброском, и они вместе позавтракали яичницей с беконом, сидя за большим дубовым столом, где нередко завтракали и десять человек, если в доме кто­то гостил. Но эксцентричный голландец Виктор Хорстинг, первое имя в бренде Viktor & Rolf и давний друг Тильды, уехал позавчера, а Брэда Питта со старшими детьми ждали только через неделю, так что просторная, залитая солнцем кухня принадлежала сейчас только им двоим.

Сандро рассказал, что почти закончил очередной портрет по «Скайпу» для приближающейся выставки в Стамбуле, что дети поели овсянки, сэндвичи в школу он им приготовил, и сегодня после уроков у них мастер­класс по постройке каноэ, причем оба – сын Ксавье и дочь Онор – полны энтузиазма по этому поводу.

– Мне не верится, когда я вижу, как они счастливы в школе, – задумчиво произнесла Тильда. – Уже три года они с удовольствием отправляются на уроки. Все­-таки самое лучшее, что я сделала, – это вовсе не «Караваджо» и уж точно не «Майкл Клейтон», а школа.

В вальдорфской школе Drumduan School, которую Тильда основала вместе с родителями одноклассников своих близнецов, воплотились ее давние мечты об идеальном учебном заведении. Дорогую частную школу West Heath School в Кенте, где она училась с десяти лет и где ее однокашницей была Диана Спенсер, Тильда до сих пор вспоминает с дрожью – ненавистная форма, строгая дисциплина, тоска по дому, издевки из-­за внешнего вида. Мисс Суинтон, длинный голенастый подросток с телом мальчишки и бесполым лицом андроида, не пользовалась популярностью у одноклассниц.

Тильда Суинтон

Самым ужасным для нее было то, что в школе запрещали слушать музыку, чтобы не развращать аристократичный вкус учениц. «Это настоящее насилие над молодежью, особенно подростками эпохи панк, – вспоминала она в интервью. – Наверное, так делали, чтобы держать нас подальше от секса, но это было действительно гадко. Это единственная вещь, о которой я до сих пор не могу шутить. По этой причине я не люблю «Гарри Поттера». В нем фетишизируются частные школы».