Вайнона Райдер сегодня, 29 октября, празднует День рождения. Известной голливудской актрисе в этом году исполнилось 48 лет.

«Караван историй» рассказывает, как одна из самых популярных и обожаемых молодых актрис Голливуда 80-90-х в один миг потеряла практически все: ей разбил сердце Джонни Депп, а затем Мэтт Деймон, она подсела на наркотики и алкоголь, снималась в провальных фильмах, погрузилась в жуткую депрессию, с которой борется до сих пор.


В тесной кухне отчетливо пахло отчаянием и страхом. Сложно было точно сказать, откуда исходило это ощущение. Возможно, от выцветших, местами отваливающихся обоев. Когда­то они были молоды и украшены причудливым рисунком в задорный цветочек, но сейчас всем своим видом молчаливо вопили: «Сними нас, отправь на покой, мы устали!»

Или же дело было в заваленной грязной посудой раковине и громоздящихся по соседству пустых упаковках из­под еды быстрого приготовления. А может, причина в тусклом свете? Единственная лампочка едва освещала помещение, рождая гротескные тени, клубящиеся по углам.

Как бы то ни было, ей было до чертиков жутко. Она пыталась убедить себя, что это всего лишь игра воображения, но разум и логика наотрез отказывались подчиняться. Была еще одна мысль, которая настойчиво пыталась пробиться с задворок памяти, но мозг почему­то ее блокировал – что­то крайне важное, заставлявшее находиться в этой ужасной комнате и напряженно пялиться на пус­тую стену.

Она практически вспомнила, но тут стену напротив вспучило: древние обои пошли волнами, с тихим шуршанием облетая вниз, и из­под них показалась старая дранка, вопреки всем законам физики складывающаяся в очертания уродливой антропоморфной фигуры.

Вайнона Райдер в сериале «Очень странные дела», 2016 г.

Ощущение надвигающейся опасности стало невыносимым. По-­хорошему, надо бежать, но ноги словно прилипли к полу. Она просто стояла и смотрела, как из стены вылазит жуткая тварь. Суставчатые руки с когтистыми пальцами, длинное бледное тело. Но хуже всего то, что у существа нет лица, зато огромное количество острых зубов.

В последний момент, когда тварь распростерлась в хищном броске и зловонное дыхание коснулось лица, женщине удалось вспомнить, зачем она здесь. И это было гораздо страшнее и безумнее, чем нападение чудовища. Ее сын Уилл находился где­-то там, в странном измерении, рядом с этим монстром. Вайнона дернулась сразу во все стороны: и от монстра, и навстречу ему – туда, где в дыре за его спиной потерялся ее сын. А затем – проснулась от собственного крика.

Несколько минут ушло на осознание того, где она сейчас находится: никакой ободранной кухни, никаких чудовищ. Ее обычная уютная спальня в собственном особняке в Беверли­-Хиллз – хоть соседей своим ором не распугала. Да и сына у нее никакого нет, и вообще нет никаких детей в ее жизни.

Тематический ночной кошмар на фоне напряженной работы. Съемки второго сезона «Очень странных дел» шли полным ходом. Вайнона выкладывалась на площадке на все двести. Неудивительно, что события из сериала вторгались в ее сны, смешивая фантазию с явью.

Ее психотерапевт был убежден, что такая чрезмерная эмоциональная вовлеченность в работу не приведет ни к чему хорошему, и пророчил новый виток клинической депрессии, если актриса не заставит себя нормально отдыхать: «Вайнона, дорогая, ты помнишь, что было в две тысячи первом, когда ты приняла ударную дозу викодина и под наркотой стащила дизайнерские шмотки из магазина?»

После таких напоминаний Райдер бесилась, огрызалась и обещала немедля сменить «этого злобного мозгоправа» на другого, вменяемого и дружелюбного.