Режиссер Уэс Андерсон, который снял культовые фильмы «Семейка Тененбаум», «Королевство полной луны» и «Отель „Гранд Будапешт“», сегодня, 1 мая, празднует день рождения.

Его кино отличают особенные романтичные пастельные цвета, лирические сюжеты и запоминающиеся герои. Его мастерство изучают в университетах — а он самоучка. Он обожает симметрию и вычурную винтажную одежду. А его история любви так же необычна, как и его кино. «Караван историй» рассказывает о личной жизни скромного гения Уэса Андерсона, которую он не любит афишировать.


 

На улице светило не по­-февральски яркое солнце, и настроение Джуман было приподнятым. Последние несколько месяцев она провела в Париже и соскучилась по Нью-­Йорку. Здесь она когда­-то начала свою карьеру и встретила Уэса Андерсона – режиссера со «сказочной» фамилией, звезду независимого кино, человека, ставшего ее другом, партнером и любимым мужчиной…

Свежий воздух нагонял аппетит, и Джуман решила пообедать в своем любимом кафе Sabarsky Neue Galerie. Оно расположилось в уютном музее австрийского и немецкого искусства. Посетители бродили по этажам, разглядывая шедевры Климта, Кандинского и Клее, лакомились изысками мишленовского шеф­-повара либо просто сидели и обсуждали за кофе новости.

С супругой, 2018 г.

Джуман чувствовала себя здесь как рыба в воде, хотя на фоне остальной публики выглядела девушкой с музейного портрета. Зеленый свитер, на котором ее темные, вьющиеся плющом волосы казались еще темнее; воротник с рюшами в викторианском стиле, юбка с выцветшим цветочным узором – все подтверждало одержимость викторианской Англией.

Усевшись за столик, Джуман раскрыла меню и вдруг заметила стремительно приближающего управляющего.

– О, мадам Малуф, – пропел он и полюбопытствовал: – А разве мистер Андерсон не приехал?

«Ну все, сейчас начнется», – подумала Джуман. Она, разумеется, понимала, почему люди хотят услышать от нее хотя бы какой­-то пустяк о культовом режиссере, чья личная жизнь протекает под грифом «совершенно секретно».

– Говорят, его фильм «Отель «Гранд Будапешт»» номинирован на девять «Оскаров». Это просто фантастика! Мы тут все в нетерпении.

Поклонник Андерсона был прав: 2015‑й обещал стать для режиссера жарким.

– Скоро я буду рекордсменом по числу номинаций на «Оскар», но этот золотой болван еще ни разу не дался мне в руки, – сыронизировал Уэс перед ее отъездом в Америку. – Не исключено, что ускользнет от меня и на этот раз.

– Зато я двадцать второго февраля точно буду с тобой, – улыбнулась Джуман и застегнула дорожную сумку из потертой кожи…

Этот разговор всплыл в памяти, когда она после кафе уже шагала по Пятой авеню и размышляла, в чем через пару недель пойти на церемонию. Даже если Уэс не получит «Оскар», к ним все равно будет приковано всеобщее внимание.

«Отель «Гранд Будапешт»». На снимке: Рэйф Файнс, Тильда Суинтон, Пауль Шласе, Тони Револори, 2014 г.

Сделав еще пару шагов, Джуман вздрогнула и резко остановилась: в нескольких метрах от нее лежал мертвый голубь. Ньюйоркцев и парижан такое явление на улицах давно не удивляет. Но Джуман суеверна, это у нее от ливанской бабушки. Та не умела ни читать, ни писать, носила на руках татуировки своего племени и свято верила в приметы и гадания. И хотя Джуман не безграмотная бабуля, а сорокалетняя интеллектуалка, мертвые птицы всегда казались ей вестниками беды…

Однако на этот раз примета сработала на­оборот. Уэс хоть и не получил статуэтку за лучшую режиссуру, но его «Отель «Гранд Будапешт»» вызвал целый звездопад престижных наград, включая четыре «Оскара». А первая книга Джуман – «Трилогия двух», которую она сама написала и проиллюстрировала, – вошла в десятку лучших детских книг года. Уэс поздравил ее первым…

Они познакомились через общих друзей и, несмотря на всю свою экстраординарность и переборчивость, удивительно быстро сблизились. Настолько, что, будучи законченными интровертами, поведали друг другу о своей жизни…

Джуман рассказала, что появилась на свет в Бейруте в 1975­м, когда в Ливане началась гражданская война. В это время ее отец, инженер-­строитель Фуад Малуф, работал в Саудовской Аравии, и спасать Джуман и ее старшего брата Тарека приш­лось маме – знаменитой писательнице Ханан Аль-­Шейх. Банки в городе тогда были закрыты, но, к счастью, их с Тареком няня, державшая свои сбережения под кроватью, одолжила денег, и они вчетвером улетели в Лондон.

– Не успей мы на последний самолет перед захватом аэропорта, мы с тобой познакомились бы на небесах, – с доставшимся от матери диккенсовским юмором заметила Джуман.