Нет, пожалуй, более противоречивого праздника, чем 8 Марта. С одной стороны, ванильные рассуждения на тему слабого пола, с другой – борьба с патриархатом. И где­-то между теряется главная цель феминизма, который вовсе не против мужчин, а за свободу выбора.

Именно за равные права выступала одна из основоположниц 8 Марта – Роза Люксембург. Вспомнили школьные учебники истории? Не стоит. Роза была личностью противоречивой, но уж точно не такой, какой ее всегда представляла советская идеология. Вместо того чтобы следовать клише, лучше отступить назад и взглянуть на нее со стороны. Чтобы увидеть совсем другую картину.

История Розы могла бы быть совсем другой. Серой, скучной, незаметной. И все равно трагичной. С самого рождения жизнь к ней оказалась несправедлива. Да, Роза – тогда еще Розалия Люксенбург – родилась в зажиточной семье евреев в российской части Польши и была младшим и самым любимым ребенком, но на этом лимит счастья для нее был исчерпан.

Роза Люксембург

Вывих тазобедренного сустава, полученный при рождении, и заболевание костей навсегда поставили на ней клеймо «калека». И, как бы ни баловала ее родня, сколько бы денег ни тратила на докторов, этого факта она изменить не могла.

Большую часть своего детства маленькая Розалия практически не выходила из дома. Ее постоянно мучили невралгические боли. Даже пришлось провести год лежа в постели: в попытке хоть как­-то исправить ситуацию ее ноги надолго заковали в гипс. К сожалению, она все равно на всю жизнь осталась хромоножкой, вынужденной носить специальную обувь.

А недостаток физической активности и проблемы с костями сказались на ее физическом развитии. Даже самый толерантный человек с трудом мог бы назвать ее хотя бы симпатичной. Мелкая сутулая девчушка с огромной головой на тощей шейке и выдающимся носом. Еще вдобавок хромая. Форменный уродец, без шансов на адаптацию в обществе того времени.

Ее родители понимали, что она навсегда останется изгоем и единственное, что светит в жизни их младшей дочери, – стать одинокой теткой-­приживалкой в семье кого-­то из старших братьев или сестер.

Это не было секретом и для самой Розалии. Осознание своей ущербности приносило ей больше страданий, чем физической боли. Однако в тщедушном тельце скрывалось не только болезненное самолюбие, но и недюжинный ум и сила воли. Если она не может избавиться от недугов, значит, она должна стать выше них. Раз не способна играть со сверстниками, как остальные дети,  значит, будет читать и учиться.

В доме была огромная библиотека. Семья Люксенбург относилась к типичным представителям польских евреев среднего класса. Соблюдали традиции, но без религиозного фанатизма, были включены в общественную жизнь. А процветающий бизнес по заготовке древесины, которым владел глава семейства, Элиаш, позволял нанимать для девочки лучших учителей.

Родители поощряли стремление дочки к знаниям: по крайней мере, в эти моменты она забывала о своем уродстве и становилась обычным любопытным ребенком, познающим мир.

Розалия училась неистово, просиживая над книгами дни и ночи. Словно предчувствовала, что это единственный шанс выбраться из тех жестких рамок, которые ей были уготованы. И она оказалась абсолютно права.