Сегодня исполняется 131 год со дня рождения легендарного актера Чарли Чаплина. Гениальный комик, он играл смешных и нелепых героев на экране. А в жизни был красавцем и франтом, крутил громкие романы, попадал в сомнительные истории, разводился со скандалами и был отчаянным скрягой при баснословных заработках.

«Караван историй» рассказывает о яркой жизни этого неординарного человека. От нищего детства к сияющей славе. От любви самых красивых женщин эпохи до преследования ФБР.

Присоединяйтесь к нам в FacebookTwitterInstagram  и всегда будьте в курсе самых интересных новостей шоубиза и материалов журнала «Караван историй»


 

Когда Чарли Чаплин появился на свет 131 год назад, Эдисон только разрабатывал свой «кинетограф», а братья Люмьер даже не помышляли, что станут родоначальниками отдельного вида искусства. Да и сам Чарли долго не подозревал, что вместо театральной карьеры, желательно в серьезных драматических постановках, он сделает себе имя как величайший комедиант ХХ века. И что однажды его с кинематографом пути пересекутся и станут единым целым.

Его дар уметь смеяться сквозь слезы, видеть хорошее среди безысходности был удивительным. Его детство было злым и отчаянным, как у настоящего люмпена, однако Чаплин сумел не сломаться и не сдаться. Хотя в юном возрасте он много раз оказывался на грани выживания.

Говорят, что пятилетние дети еще слишком малы, чтобы разбираться в сложном взрослом мире. Наверное, все эти умные дяди и тети, которые так говорят, в чем-то правы. Они сидят в своих уютных домах, пьют в пять часов чай с пирожными, а вечером, после сытного ужина, вальяжно располагаются в гостиной – с дорогим алкоголем, сигарами и свежими светскими сплетнями. Им лучше знать: они богаты, успешны и спокойны.

Чарли Чаплин
Чарли Чаплин в фильме «Цирк», 1928 г.

А все, что сейчас понимал маленький Чарли, – они с братом и матерью останутся без ужина. Без завтрака и, возможно, вообще без дома. Им и так приходилось нелегко, но этим вечером были все шансы упасть на самое дно.

Его мама Ханна в очередной раз сипло закашлялась, и стало окончательно понятно, что закончить свой музыкальный номер в захудалом мюзик-холле посреди английского «нигде» она уже не сможет. За спиной у маленького Чарли негодовал директор труппы. Он тоже выглядывал из-за кулис, но его главной эмоцией была не паника, а ярость.

Всем своим объемным, вздымающимся, как кузнечные меха, брюшком он демонстрировал возмущение. И сопел соответственно. Одна из его актрис срывала представление, публика вот-вот разочарованно освистает шоу и уйдет, оставив труппу без прибыли. И тогда эта Ханна точно получит пинок под зад вместе со своими спиногрызами. А дальше – как хотят!

В этот момент Чарли принял решение, которое изменило всю его дальнейшую жизнь. А что? Позади была бедность, впереди – нищета.