Наверное, дочь любит этот город так же, как его люблю я. Там хорошо, ты там свой, всегда есть чем заняться, нет однообразия. Ты завернул за угол, а там Бродвей. Проехался на такси пятнадцать минут – Сохо, эпицентр богемной жизни. Тут тебе современное искусство, а тут – абсолютный треш. Нью-­Йорк не спит двадцать четыре часа семь дней в неделю, но ты от этого не устаешь, потому что такой ритм никогда не приедается. Это огромный город, в котором ты маленький человек, но почему­-то не такой чужой, как в других городах. Это отдельный центр мира, его столица, в которой, как мне кажется, вообще нет нью-йоркцев. В такси везет индус, в ресторане обслуживает китаец, за прилавком магазина по­-русски говорят: «Приветствую».

Куда бы ни заносила нас жизнь в плане путешествий, я не могу представить, что живу в другой стране

У Тимура в Америке живут друзья, и мы побывали на всех свадьбах, которые случились со времен учебы. Были даже кратковременные поездки. Незабываемые впечатления: долететь до Нью­-Йорка, доехать до Коннектикута, отгулять свадьбу и, не ночуя, сразу вылететь в Нью­-Йорк, а потом – на самолет и в Киев. У меня все двоилось и троилось перед глазами: это приключение похлеще всяких американских горок. Чуть не умерли, конечно, но мы были молодыми, счастливыми и безумными.

Нельзя рассуждать об Америке в общем, если вы не были в штате Коннектикут, в его маленьких городках, где стоят белые кинематографичные домики, похожие друг на друга, где процветает страшный консерватизм. Америка слишком большая. А настоящая Америка – это провинция. Мы были в Чикаго, Бостоне, Нью­-Йорке, но, только когда добрались до Коннектикута, я поняла, что не знаю настоящие Соединенные Штаты. Истинные американцы живут согласно законам, правилам и определенной конструкции, с которой уже рождаются. Она очень сложная для нас. Эмигранты никогда не станут ее частью. Коннектикут – это нереальная глушь. Там вроде бы знают, что где­-то уже управляют человеческим разумом, что создается искусственный интеллект, происходят революции, свергают президентов. Но их жизнь абсолютно ровная. Уже лет двести, не меньше!

С мамой и Наной, 2016

Я приехала на ту свадьбу, как только закончила кормить Нану грудью. Помню, что была в платье от Виктории Гресь, сплетенном из тонких разноцветных нитей. Очень красивое, ручная работа, крючок! Конечно, оно притягивало внимание. Каждая гостья этой свадьбы подошла ко мне и задала одни и те же пять вопросов. «Привет, вы кто?» – «Я Маша». – «Какой у вас рост?» – «Метр восемьдесят». – «Что на вас за платье?» – «Мое платье». – «Вы сами его связали?» – «Нет, дизайнер». После этого они очень удивлялись: «У вас есть дети?» Я говорила: «Да, у меня полугодовалая дочь». – «А с кем она осталась?» – «С няней». Следующий вопрос: «С няней? У вас есть няня?» После этого я самоустранялась…

Бывала я и в Майами, там несколько лет жила моя сестра Лиза, там родился племянник Сереженька. Конечно, наша семья ездила в гости. И это тоже совсем другая Америка, тоже не Нью­-Йорк. Мне Майами напомнил вообще какой­-то курортный город, где очень много наших, славян. Майами не произвел на меня впечатления – как дорогие Сочи.