11 июня Хью Лори отмечает 62-летие! Британский комик, прославившийся на весь мир благодаря роли гения-социопата доктора Хауса, может похвастатся небанальной биографией.

Вопрос оказался предсказуемым:

– Не скучно ли вам было сниматься в сериале, настолько схожем с «Хаусом»? Судя по тем пресс-­релизам, которые мы тут получили, ваш новый герой – человек с непростым характером и мощным интеллектом, который страдает, когда не может помочь своим пациентам… Звучит очень знакомо.

– Знаете, для меня это совершенно разные персонажи, – заговорил Хью, по привычке вертя в руках чей­-то карандаш.

Как всегда, во время интервью он взвешивал каждое слово, выбирая самое точное, будто движение скальпеля. Его чеканное произношение выдавало выпускника престижной британской частной школы, хотя после восьми лет «Хауса» он легко менял акцент с британского на американский.

– У Шанса есть надежда изменить что­-то в своей жизни и жизни пациентов. Он человек интеллектуальный, но обстоятельства вынуждают его стать человеком действия. Он вдруг понимает, что за свою практику по­настоящему не помог ни одному пациенту, поскольку психиатры вообще не способны кого­то вылечить. И поэтому решает действовать иначе – выйти из кабинета и вмешаться в течение реальных событий.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори в образе Элдона Ченса (Шанса) в сериале «Шанс»

– Психиатры не способны кого­то вылечить? – уточнила бойкая блондинка, хотя организаторы пресс­конференции уже показывали жестами, что ее время исчерпано. – А сами вы верите в психотерапию?

– Конечно, мисс, я ведь умею заглядывать в душу, вы разве не слышали? У меня специальные глаза. Но не пугайтесь, я в обеденный перерыв в душу не заглядываю, а у нас сейчас как раз время ланча…

Девушка хихикнула и наконец села на место. Хью продолжал отвечать на вопросы журналистов о том, как доктор Шанс ради любви решает перейти границы профессиональной этики – на Хауса совсем не похоже, для него любовь, этика и границы одинаково не важны и практически не существуют. Но сосредоточиться на пресс­конференции было уже труднее, поскольку вопрос о психотерапии попал в больное место. «Или, возможно, в место, которое долгое время было больным, но уже стало заживать», – с надеждой подумал Хью.

Депрессия сжирала его многие годы. И это был, наверное, самый смешной фортель, какой актер выкинул за свою длинную комическую карьеру. Человек с лицом щенка бассет­хаунда по определению не может страдать от душевных мук. По крайней мере, так думает публика. Хотя почему? Есть ведь амплуа «грустный клоун». И Чарли Чаплин точно был не самым веселым и жизнерадостным человеком на свете.

Или вот возьмем Стивена. Мистер Стивен Фрай – лучший друг юности, крестный отец всех троих детей Лори, партнер по множеству сценических скетчей, сериалов и телешоу. Болен биполярным расстройством. То у него маниакальный «розовый» период, то черный период самобичевания. В его биографии – исключение из колледжей, тюремный срок за мелкую кражу, три попытки самоубийства – две из них Хью отлично помнил.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Стивен Фрай и Хью Лори в сериале «Дживс и Вустер»

В середине 90-­х, через пару лет после окончания «Дживса и Вустера», сериала, сделавшего их звездами британского масштаба, Стивен наглотался выхлопных газов из­за разгромной рецензии на спектакль, в котором играл главную роль. Критики! Ха! Да кто их вообще читает? Сам Хью никогда не открывал газетные рецензии.

Вторая попытка была в 2012 году, когда Стив запил водкой все снотворное, какое нашел в своем отельном номере, и не где­нибудь, а, черт возьми, в Уганде! Вот это уж было действительно глупо. Его спасли чудом: менеджер пришел узнать, все ли у Стива в порядке, и обнаружил почти бездыханное тело.

Впрочем, у милого Стива всегда было оправдание: он гей, а гею жить непросто. У Хью, со всех сторон нормального английского парня, отличника и спортсмена, ставшего актером, отца троих детей, для самобичевания вроде бы не было никаких причин.

И тем не менее он ненавидел свое изображение на экране, никогда не пересматривал фильмы со своим участием, звук собственного голоса казался ему противнее, чем жужжание бормашины, а на просмотрах готовых сцен он сидел, спрятав лицо в ладони от неловкости и стыда, и думал о том, как с этой ролью справились бы другие, по­настоящему замечательные актеры. «А разве не все люди так же себя чувствуют?» – спрашивал он удивленно у таких же удивленных журналистов.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори и Стивен Фрай, 1995 год

И как же он боялся интервью первые пятнадцать лет своей киношно­театральной карьеры! Беседы с репортерами выглядели как юмористические скетчи о наивном стеснительном недоумке: «Боже, что я несу, это какой­то бред, я наверняка вас страшно разочаровал…» – и Хью прикрывал ладонью рот, чтобы не позволить вылететь еще каким­то лишним и глупым словам. Раздраженно и в то же время робко улыбался нацеленной на него камере, поясняя, что боится фотографироваться: «У меня есть этот идиотский предрассудок, что камера ворует частичку души. Я в это верю».

Лори прекрасно отдавал себе отчет, где лежат истоки вечной депрессивности и самоуничижения. Для этого не требовалось быть проницательным доктором Шансом, да и вообще психотерапевтом.

Ощущение своей никчемности было привычным состоянием для младшего из четырех детей Рэна Лори, врача из Оксфорда, и Патрисии Лори, домохозяйки. Когда Хью родился, его сестры уже обзавелись собственными семьями, а брат был старше на шесть лет и чертовски высокомерен. Мало того что Хью фактически рос один, ему еще и казалось, что его рождение было неприятной случайностью, ошибкой. Патрисия была раздражительна, нередко срывалась на сыне, бранила его, могла крепко шлепнуть неизвестно за что.

Но еще больше он боялся того состояния перманентного хмурого недовольства, в котором мать могла пребывать месяцами, – тогда она молча занималась своими делами, не обращая внимания на мальчика. Лишь после смерти матери Хью узнал, что перед его рождением у Патрисии случилось два выкидыша, то есть он был желанным ребенком. Но чем­то все­таки разочаровал мать – или так ему казалось.

Ради нее он очень старался достичь школьных и спортивных успехов, ради нее играл на фортепиано и выступал на сцене школьного театра, но все похвалы, грамоты и кубки Патрисия встречала поджатыми губами.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори и Джоэли Ричардсон в романтической комедии «Все возможно, крошка», 2000 год

Отец был гораздо приветливее, но сдержан, отстранен и совсем не ласков. Однажды Хью с приятелем смастерил самодельную бомбу и при взрыве сильно обжег ногу. Мальчик жаловался, как сильно болит, а отец, накладывая повязку, только прикрикнул: «Ну да, ожог и должен болеть, идиот!»

Патрисия и Рэн – шотландцы и хотя жили в сердце Англии, в Оксфорде, но посещали типичную для шотландцев пресвитерианскую церковь. В доме царил дух аскетизма и почти болезненной скромности, самыми большими грехами считались гордыня, себялюбие и тщеславие. В семье презрительно относились к «мещанской» погоне за счастьем, довольством, покоем и комфортом.

«Маме претило само понятие удобства, к беззаботности она относилась подозрительнее, чем к сифилису, – вспоминал Хью. – Она презирала слабость и мягкость, а когда я плакал, говорила: ”Пойди просохни”».

Отец ставил рекорды другого рода – в абсурдной скромности. Хью помнил, как они втроем ездили кататься на лодке и отец каждый раз просил у матери разрешения сесть на весла. А ведь Рэн Лори был блестящим гребцом, в юности трижды побеж­дал в знаменитой гонке «Оксфорд­Кембридж», дважды участвовал в Олимпиаде и в 1948 году взял золото в гонках на распашных двойках.

Рэн любил повторять: «Любой идиот может победить». Он имел в виду, что победа не может научить ничему, в отличие от поражения, которое надо уметь с достоинством принять. Самое смешное, что сам он никогда не проигрывал в соревнованиях, в отличие от Хью.

Конечно же, мальчик боготворил своего умного и талантливого отца. Конечно, он с детства всерьез занимался академической греблей. Но победил только раз, в чемпионате Великобритании среди юниоров. Ни на чемпионате мира, ни в различных престижных гонках ему не удалось подняться выше второго места. «В спорте, как и во всем остальном, я лишь бледная копия папы», – с каким­то болезненным удовольствием говорил Хью знакомым.

Развитию спортивной карьеры помешала болезнь – инфекционный мононуклеоз с осложнением на селезенку, после которого Хью надолго запретили физические нагрузки. Пришлось бросить греблю и переключиться на театр. «Решение, наверное, было правильным», – думал Лори. Но, учитывая такую семейную историю, стоило ли удивляться, что он никогда не умел радоваться своим достижениям или хотя бы принимать их всерьез?

Правда, сериал «Доктор Хаус» все­-таки заметно улучшил ситуацию. Этот проект начинался как сплошная авантюра, но оказался невероятно, непристойно успешным. Когда Лори отправлял свои записи кастинг-­директору, был уверен, что провалится. Хаус – американец, так зачем же продюсерам брать британца? Но по части акцента его выручил абсолютный музыкальный слух, поз­волявший в точности имитировать любое произношение.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Доктор Хаус, 2004 год

А еще ему повезло с внешностью: после сорока его лицо внезапно перестало быть нелепой пучеглазой клоунской рожей, черты приобрели благородство и даже породистость. Продюсеры пришли в восторг от мрачного обаяния Лори-­Хауса. Огромное счастье: Хью ужасно хотел эту роль, был очарован образом доктора – сложного, ироничного, замкнутого, неврастеничного, сомневающегося.

Кстати, поначалу он не знал, что Грегори Хаус – главный герой. Считал, что это вспомогательная фигура при Джеймсе Уилсоне, которого играл Роберт Шон Леонард. А когда прочел сценарий и понял расстановку сил, очень удивился.

Собирая чемодан перед рейсом в Калифорнию накануне начала съемок, Хью сказал жене: «Не тащи весь гардероб, я не задержусь там больше чем на две недели. Максимум – на месяц. Ничего хорошего из этого проекта не выйдет. Кто станет смотреть сериал о враче, который ненавидит пациентов?»

По этой же причине актер прожил первые три месяца в отеле – чтобы не слишком­то рассиживаться, все равно ведь скоро улетать. Потом снял квартиру, потом другую, получше. Затем купил собственный дом в Лос-­Анджелесе – разумеется, в английском стиле. К пятому сезону Лори получал совершенно немыслимые по британским меркам деньги – триста тысяч долларов за серию. К последнему, восьмому сезону его гонорар увеличился до семисот тысяч за эпизод, и они вместе с Эштоном Катчером возглавили рейтинг самых высокооплачиваемых звезд телевидения.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори и Омар Эппс в сериале «Доктор Хаус»

Кроме того, роль принесла Хью два «Золотых глобуса» и звание актера, привлекшего к теле­экранам наибольшее количество людей в истории: в 2008 году, на пике интереса к сериалу, каждый эпизод «Доктора Хауса» собирал у экранов около восьмидесяти двух миллионов зрителей.

За такой феерический успех и такие суммы гонораров пришлось расплачиваться другой валютой. Например, усталостью от персонажа. В течение восьми лет примерно полгода Хью проводил в шкуре доктора Грегори Хауса – социопата, циника, наркомана. Съемки длились по четырнадцать часов пять дней в неделю. «Нет, я не хочу, чтобы проект закрылся, – говорил он репортерам. – Мне слишком хорошо платят. Но в определенном смысле это золотая клетка. Я по много месяцев заперт в четырех стенах – в несуществующем госпитале Принстон­-Плейнсборо».

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори в восьмом сезоне «Доктора Хауса»

Кроме усталости, его мучили привычные угрызения совести, теперь уже из-­за богатства. Заработки отца, кроме всего прочего, позволили Хью учиться в одной из самых престижных закрытых школ Британии – Итоне, а затем получить диплом Кембриджа по археологии. И все же гонорары Рэна Лори даже близко не могли сравниться с заработком самого Хью, который лишь играл врача в кино.

– Отец внушил мне колоссальное уважение к профессии врача, – говорил он старым друзьям, Фраю и Эмме Томпсон. – Я не признаю самолечения, не понимаю страсти к восточной медицине. Мне подозрительны мужчины в пижамах, которые пытаются открыть друг другу чакры. Как и отец, я верю только в официальную науку, логику и антибиотики. И я чувствую себя очень виноватым перед папой. Притворяясь доктором, да еще таким, который наверняка вызвал бы у отца омерзение, я зарабатываю во много раз больше, чем он получал за спасение человеческих жизней! Это чертовски несправедливо.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Стивен Фрай, Хью Лори и Эмма Томпсон с коллегами по телешоу «Альфреско», 1983 г.

– Брось валять дурака, Хью! – заливалась смехом Эмма. – В кои-­то веки кто­-то из нашей дурацкой театральной тусовки смог выбиться в люди. Погляди на меня: я совсем старая, толстая, как корова, у меня морщины, меня никуда не зовут, не зря я всегда хотела быть мужчиной!

Хью только нежно целовал Эмму в ответ. Она действительно отяжелела за последние годы, но в молодости была настоящей английской розой, породистой красавицей, хотя и пацанкой. У них с Лори во времена студенческого театра в Кембридже был долгоиграющий роман, они даже жили вместе около года. Но в итоге разошлись, потому что оба были ужасными невротиками и самоедами, а когда двое таких людей делят маленькую квартирку, то начинают пожирать не только себя, но и друг друга. Расстались они нежно, и расхожая фраза «останемся друзьями» в данном случае оказалась не просто формальным выражением вежливости.

Эмма вышла замуж за режиссера Кеннета Брану в тот же год, что Хью женился на Джо Грин. Но его брак оказался гораздо прочнее.

Мысль о жене, как всегда, вызвала виноватую гримасу на лице Лори. Поводов было достаточно.

Их отношения начались как приятельские: Джо, театральный агент, встречалась с актером, которого Лори хорошо знал. У самого Хью тоже была подружка. Но когда Джо рассталась с бойфрендом, их отношения как­то незаметно переросли в роман, и пассии Лори пришлось сойти со сцены. Хью всегда говорил, что Джо покорила его умом и нехарактерной для женщины способностью к логическому мышлению. Но на самом деле эта милая улыбчивая женщина просто смогла успокоить его – такого нелепого долговязого неврастеника – и хотя бы отчасти компенсировать недополученную в детстве любовь.

Первенец Хью и Джо, Чарли, появился на свет в 1988 году – задолго до их свадьбы. Собственно, они и пожениться­то решили, когда Джо была на шестом месяце.

«Как только у тебя появляется ребенок, ты думаешь:  вот черт, настало время сделать что­то полезное, выполнить так называемые обязательства. Больше нет отговорок, чтобы всю жизнь оставаться восемнадцатилетним бездельником», – самокритично признавался Хью.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори с женой Джо, 2008 год

В течение пяти лет на свет появились еще двое – Билл и Ребекка. Лори внезапно стал многодетным отцом. Фрай шутил, что у приятеля нарколепсия: он мог заснуть в любой момент в любом месте, даже, например, среди декораций «Дживса и Вустера». «Были случаи, когда Джо укладывала детей рядом со мной в кровать. Они плакали и орали, а я так и не просыпался, – соглашался Хью. – Вы можете выстрелить из дробовика – я не встану».

Несмотря на внешнее легкомыслие, Хью очень серьезно относился к своему новому статусу и старался быть хорошим отцом, что, к сожалению, подразумевало вести себя не так, как Рэн Лори.

«Мой отец и я никогда не говорили, что любим друг друга. Я даже не могу припомнить, чтобы когда­либо прикасался к нему, не говоря уже о том, чтобы обнять. У меня совершенно другой подход в отношении детей. Я постоянно обнимаю их, не оставляю одних, даже если они в компании других детей. Надеюсь, мои отношения с детьми лучше, чем были у меня с родителями. Это я не к тому, что мать с отцом неправы, просто они из другого поколения».

Увы, его попытки переломить собственный семейный сценарий не всегда удавались. Да, он был гораздо ближе с детьми, но при этом страдал от тех же перепадов настроения, раздражительности и мыслей о самоубийстве, которые помнил у матери. И тоже срывался на близких. Ему казалось, что в роли отца семейства он еще больший самозванец, чем на экране.

Ему казалось, что в роли отца семейства он еще больший самозванец, чем на экране

На десятом году брака Хью не выдержал напряжения и позволил себе интрижку. Роман с режиссером Одри Кук закрутился в Австралии во время съемок фильма «Страна львов». Но все закончилось оглушительным, позорным провалом: информация об их связи как­-то просочилась на страницы британских таблоидов. Газеты вышли с убийственными заголовками: «Хью Лори изменяет супруге».

«Попытка представить, что чувствовала жена, читая ту статью, перевернула все во мне раз и навсегда, – признался он позже. – Я был уверен, что Джо меня не простит. Но женщины – странные создания. Как сын, брат, муж и отец дочери, я могу сказать, что каждая женщина выдается мужчине с плохо переведенной инструкцией, в которой не хватает половины страниц».

Шутки шутками, однако Хью чувствовал абсурдное удовлетворение от того, что за небольшую в общем-­то слабость пришлось расплачиваться таким гигантским унижением.

Джо простила его, но поставила условие: он должен посещать психотерапевта и принимать антидепрессанты, если врач их пропишет.

Лекарства помогли, но еще сильнее помогла свобода, пришедшая вместе с «Хаусом». Во время съемок Хью по девять месяцев в году жил в Лос-­Анджелесе один, лишь изредка выкраивая денек­-другой, чтобы встретиться с женой и детьми. Так они решили на семейном совете: дети не должны бросать свои школы и менять обстановку. Кто же знал, что съемки затянутся на восемь лет.

Поначалу Лори очень скучал, купил видеокамеру и едва ли не каждый день звонил в Лондон по скайпу: велел детям делать домашние задания и есть брокколи вместо чипсов. Но ребятишки росли, и в конце концов выяснилось, что семья прекрасно обходится без него. А Джо, располневшая и утратившая интерес к своей внешности, стала скорее боевой подругой, чем любимой женщиной. Таблоиды писали, что блестящему «доктору Хаусу» такая супруга не очень-­то подходит.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
На красной дорожке «Золотого глобуса», 2011 г.

Хью ужасно злился и сочувствовал жене: он прекрасно помнил, какой милой она была в свадебном платье. Впрочем, сама Джо слишком умна, чтобы страдать из-­за бестактных писак. И в конце концов, они до сих пор вместе – именно рядом с ней, а не с красавицей Лизой Эдельштейн (доктором Кадди) Хью прогуливается по залитым солнцем улицам испанской Марбельи в импровизированном отпуске между съемками.

Втайне Хью очень ценил возможность жить одному. Курить, не выслушивая заботливых нотаций жены: «Ты, наверное, единственная голливудская звезда, которая до сих пор дымит! Ты же практически доктор, как ты можешь?» Гонять на любимом Harley­ Davidson или за рулем антикварного Porshe. Ежеутренне пробегать свои шесть миль вдоль океанского пляжа, а не под лондонским капризным небом. Регулярно заниматься боксом.

– Я обожаю бокс. Он возвращает на землю. Я кручусь всю неделю на съемочной площадке, думаю, что я большая шишка, а потом выхожу на ринг – и спарринг­-парт­нер вырубает меня к чертям. Люблю это ритуальное унижение. Это держит меня в форме и не дает зазнаться.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Хью Лори и Лиза Эдельштейн

В Штатах он завел новые знакомства, даже дружбу, насколько это возможно для такого человека, как Лори. У него отлично складывались отношения с партнерами по «Доктору Хаусу» Робертом Шоном Леонардом и Лизой Эдельштейн (отец которой тоже был врачом).

Джо особенно удивлялась (видимо, примешивалась и нотка ревности) дружбе мужа с белокурым красавчиком Джесси Спенсером, хотя тут как раз все было очевидно: сын врача, музыкант­-любитель и к тому же австралиец, то есть чужак в Америке. Вместе они создали рок­группу Band From TV и периодически выступали в клубах – просто ради удовольствия.

Распрощавшись с «Хаусом» после 177 серий, он больше не снимался в долгоиграющих проектах – лишь в небольшой роли в комедийном сериале «Вице­-президент» и в главной в шестисерийном мини­сериале ВВС «Ночной администратор» по роману Джона Ле Карре. «Прелесть моего нынешнего положения в том, что теперь я могу выбирать, чем заняться», – говорил он жене.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли
Постер к сериалу «Ночной администратор»

На два года Хью почти полностью посвятил себя музыке – собрал группу Copper Bottom Band и записал альбом классических старых блюзов. Поначалу предложение звукозаписывающей компании повергло его в привычную панику с приступами самоуничижения:

«Я ведь не профессиональный музыкант, хотя и играю с восьми лет. Не хотелось бы, чтобы люди сочли меня самозванцем. Так уж в мире повелось, что, если актер начинает заниматься музыкой, это воспринимается с иронией и все вокруг говорят, что лучше бы он играл в театре, а не на пианино».

Но в возрасте за пятьдесят, да еще со славой Хауса в кармане, оказалось легче справиться с неуверенностью. Мировое турне (от Буэнос-­Айреса до Киева) прошло на ура, Хью искренне наслаждался аплодисментами фанатов и подумывал о том, чтобы вообще не возвращаться в кино. «Музыка – это то, чем я на самом деле хотел бы заниматься, – говорил он друзьям. – Особенно блюз. Блюз – это я, это мое настоящее настроение».

Однако, сосредоточившись на музыке, Хью успел соскучиться по кино. Он вообще такой – всегда скучает по тому, чего в данную минуту у него нет. Более того, он почувствовал, что и роль врача снова ему интересна – привет, папочка Рэн! После многих лет психотерапии было забавно занять, так сказать, кресло напротив.

Хью Лори сериал личная жизнь кино роли

– …Последний вопрос, пожалуйста! – произнес распорядитель пресс­конференции. – Вы, сэр, в последнем ряду справа.

– Мистер Лори, а вы знаете, что благодаря Хаусу был спасен как минимум один тяжело больной человек? – спросил журналист.

Лори удивленно поднял брови:

– Каким же образом? Сам я, как вы догадываетесь, несмотря на упорные занятия медициной, не отличу волчанку от других аутоиммунных заболеваний…

– И тем не менее. Четыре года назад у одного мужчины в Германии диагностировали тяжелую сердечную недостаточность, но врачи не могли понять причину. И только сотрудники Марбургского университета вспомнили, что похожие симптомы были описаны в той серии «Хауса», где речь шла об отравлении кобальтом. Выяснилось, что у пациента бедренный сустав заменен металлическим протезом из сплава, в котором как раз содержится кобальт. Протез заменили керамическим, и все симптомы прошли!

– Надо же… Спасибо, что рассказали. Мне действительно приятно. А в чем вопрос-­то?

– Как вы думаете, история доктора Шанса поможет кому­-то избавиться от психологических проблем? Стать счастливее?

– Счастливее? Хм… Самому Шансу вряд ли выпадет такой шанс. Хотя посмотрим, что будет во втором сезоне… Сам­-то я всегда думал, что счастье – это всего лишь ловушка, наваждение. Самый скользкий из всех кусков мыла. Но, знаете, за свои пятьдесят шесть я, пожалуй, понял только одну вещь: надо пытаться делать то, что хочешь. И надеяться, что тебя простят. Параллельно, кстати, советую делать что-­то однозначно хорошее. Например, для моей эпитафии отлично подойдет такая надпись: «Здесь лежит Хью Лори. Он всегда убирал за собой».


Впервые опубликовано в журнале «Караван историй» (октябрь, 2016)

Смотрите также:

«Во все тяжкие» 10 лет спустя. Как выглядят главные герои сериала сейчас

Вышел трейлер сериала о Екатерине Великой с Хелен Миррен в главной роли