Нет, она не плакала. Не было в ее отношении к происходящему и обиды, хотя каждая фраза интервью доставляла неимоверную боль. Впрочем, будучи дипломированным психологом, она умеет отпускать негативные эмоции, не позволяя им надолго задерживаться в душе.

Более того, она жалела Сару, ведь на съемочной площадке та честно и самозабвенно работала, но о ней не писали в газетах и не рассказывали в телепрограммах. И она уж точно никогда не пройдет по красной дорожке и не выйдет на сцену, чтобы получить «Оскар», который прочили Портман все кинокритики. Нет, Натали не держала на нее зла, она просто вспоминала, как все было на самом деле…

Натали Портман Оскар 2011
Беременная первенцем Натали Портман получила «Оскар» в 2011 году за главную роль в «Черном лебеде»

Как часто она задавала себе один и тот же вопрос: почему на главную роль в этом фильме Даррен Аронофски выбрал именно ее? Несомненно, не последнюю роль в его решении сыграл тот факт, что в детстве Натали занималась балетом, а стало быть, танцевальные навыки у нее в крови – нужно будет только вспомнить, как стоять на пуантах.

Кому еще доверить роль Нины, как не ей? Разумеется, в хороших актрисах, которые могли бы психологически потянуть такую партию, недостатка не было, но где взять еще и балетную выучку, пластику и железный характер, который позволил бы, не испугавшись и не сорвавшись, дойти до конца? Пожалуй, с этим справится только она – Натали.

Тренироваться Нета начала за год до съемок. Ее преподавателем была Мэри Хелен Бауэрс, которая решила начать с азов, рассудив, что так новоиспеченной балерине будет легче вспоминать все, чему она когда­то училась.

Портман бросила заниматься балетом в тринадцать лет, когда начала сниматься в кино и на танцы не осталось времени, а вернулась в балетный класс в двадцать восемь. Полтора десятилетия – солидный срок, за это время она могла позабыть все, что когда­либо знала и умела, к тому же к тридцати годам профессиональные балерины уже собираются на пенсию.

Шесть месяцев Портман занималась по два часа в сутки. Второе полугодие было гораздо тяжелее: пять, а потом и восемь часов занятий, из которых три часа – у балетного станка, плюс плавание – ежедневно Натали проплывала пять километров, после чего снова возвращалась в класс. Но что такое настоящий балетный ад, она поняла, когда начались съемки.

Бюджет картины был небольшим, поэтому работать приходилось по восемнадцать часов в сутки, дневные смены начинались в шесть утра и продолжались до полуночи, вечерние длились с шести вечера до рассвета. Как правило, уже в четыре утра актриса стояла на пуантах, а главным ее опасением в течение всей работы над картиной было одно: только бы не сломать ноги.

Натали так уставала, что, ложась спать, всерьез боялась: вот она проcнется, а сил встать не будет. Пару раз даже мелькала малодушная мысль все бросить и сбежать, но актриса не давала ей возможности сформироваться окончательно. И дело было даже не в контракте, который Нета, как уважающая себя актриса, не посмела бы нарушить. Больше всего она боялась показаться слабовольной, причем не столько окружающим, сколько самой себе.

Учеба пошла впрок: спустя несколько месяцев напряженных занятий Нета знала о балеринах абсолютно все и безмерно им сочувствовала. Ежедневный тяжелый труд, жесткая дисциплина, отказ от всех удовольствий, которыми живут другие люди, – невозможность выпить бокал шампанского или посидеть с подругами в кафе, жесточайшая диета, исключающая даже мечты о чем­-нибудь сладком или калорийном, и перманентная боль во всех частях тела: в изуродованных, буквально вывернутых наружу суставах пальцев ног, в ступнях, ногах, руках, спине.

Начиная сниматься в «Черном лебеде», Нета понимала: труд балерины – это своего рода самобичевание, которому она подвергает себя в надежде, как и ее героиня Нина, однажды получить партию, о которой мечтает.

Портман научилась не только танцевать на пуантах, которые до сих пор считает орудием пыток, но и взглядам, поворотам головы и жестам настоящей балерины – тонкостям, которые сделали бы ее своей в окружении профессиональных танцовщиц. Этому ее научила профессиональный хореограф Джорджина Паркинсон. Именно благодаря ей Портман поняла, что самое главное в балете – не ноги, как принято думать, а руки, они – отражение душевного мира героини, ее радостей, страданий, переживаний.