Пол Ронан едва не лопался от гордости. Да, ему не удалось подняться выше второплановых персонажей. Но его дочери, по сути еще ребенку, предлагают главные роли режиссеры с мировым именем! Вслед за Питером Джексоном в свой новый фильм «Ханна» Сиршу позвал Джо Райт – режиссер, благодаря которому она три года назад получила номинацию на «Оскар».

Вот только бы роли были помягче. А то ведь в первый раз Сирша сыграла у Райта подростка, обвинившего невиновного человека в преступлении, а сейчас и вовсе будет изображать созданную в лаборатории девочку­убийцу, которая до шестнадцати лет живет в лесу с папой – агентом ФБР.

В боевиках Сирша еще не снималась. А ее Ханна владела боевыми искусствами, стреляла из пистолета, пускала стрелы из лука, метала ножи.

– Сирше понадобится несколько месяцев серьезнейших тренировок, – предупредил родителей Джо Райт.

– Да ладно, справлюсь, я же спортивная! – успокоила папу и маму Сирша.

И все же Пол с Моникой очень переживали. Одно дело – плавание и пробежки. И совсем другое – нагрузки, которые под силу не каждому мужчине. Родителям полегчало, только когда экранный отец их дочери Эрик Бана, который отрабатывал с ней рукопашные сцены, заверил:

– Не беспокойтесь, ваша хрупкая девочка покруче многих моих коллег. У нее такой размах руки и координация, что я даже немного ее побаиваюсь.

Постер фильма «Ханна. Совершенное оружие», 2011 г.

И это не были пустые комплименты. Каскадер Имада, с которым Сирша каждый божий день по пять­шесть часов упражнялась со штангой, билась на бамбуковых палках, разбивая в кровь костяшки рук, и изучала боевые приемы, подтверждал:

– Ваша девочка исполняет многие трюки без дублера и никогда не жалуется на усталость. Это мне приходится напоминать ей об отдыхе.

Да, первые дни были сущим адом. Но дальше легче не стало. Фильм начинали снимать в Финляндии, притом в тридцатиградусный мороз. Но если вся съемочная группа ходила в пуховиках, то на Сирше и Эрике были только костюмы и гловелетты – перчатки без пальцев. Потом съемки переместились в Баварию, оттуда – в Марокко, а там в июне – плюс пятьдесят! Ну не ужас ли?

Хорошо, что родители, как всегда, отправились с дочерью. Мама растирала замерзшие, как ледышки, пальчики девочки, а папа отпаивал травяным чаем. Хотя Сирша была так погружена в процесс, что, казалось, не замечала неудобств.

– Все, что сейчас происходит, похоже на прекрасную сказку, – с улыбкой шептала она, вытягиваясь на диване в перерывах между съемками.

Родители согласно кивали в ответ, а сами шептались:

– Лишь бы ее титанические усилия не пропали впустую.

Но опасения подтвердились: «Ханна» не получила ни единой награды, а только три скромные номинации, одна из которых досталась семнадцатилетней Сирше.

– Признайся, вы с мамой надеялись на «Оскар»? – спросила она взгрустнувшего отца, словно мудрая мать – несмышленыша. – Не волнуйтесь, эта роль дала мне главное: я почувствовала себя настоящей актрисой.

– Да ладно, к черту все эти награды! – растрогался Пол. – Я только не хочу, чтобы к тебе приклеился ярлык героинь с червоточиной.