Дэн, в силу своего юного возраста, все эти закулисные интриги, разумеется, пропустил. Поэтому, когда родители ему сообщили окончательное решение, поступил как любой подросток, неожиданно выигравший суперприз всей своей жизни, – закричал: «Ураааа!». Но радовался он рано…

«Гарри Поттер и Дары Смерти: Часть 2»
К финальному, восьмому фильму история о Гарри Поттере все меньше напоминала милую детскую сказку. (Афиша к картине «Гарри Поттер и Дары Смерти: Часть 2», 2011 г.

Роль Гарри Поттера на долгое время стала школьным проклятием для Дэна. И предметом отчаянной зависти. Представьте себе, каждый день приходить на занятия и ловить на себе сотни пытливых, внимательных взглядов, краем уха слышать язвительный шепоток за спиной: «Особенный, что ли? Выпендривается, считает, самый умный?» Хотя на деле он и не думал выделяться. Он хотел быть обычным мальчиком, со своими радостями и печалями, с повседневной подростковой жизнью: немного посиделок с друзьями, совместных походов в кафешку или кино, чуть больше – компьютерных игр, которые он обожал… А если добавить к этому уроки и напряженный график съемок, то на выпендреж перед одноклассниками времени совсем не оставалось.

Но сверстники продолжали думать иначе. Увы. Все чаще Дэниелу приходилось то искать учебники и тетради под столом или в углу классной комнаты, то стирать обидные надписи на школьном шкафчике, а то и выдумывать новый путь домой. Иногда – и вовсе сносить откровенные тычки в плечо.

Его испытывали на прочность, как Гарри Поттера. Испытывали, потому что втайне хотели быть как он – по крайней мере, так говорили родители.

«Да-­да­-да, я понимаю», – согласно кивал Дэн в ответ и тихонько вздыхал, пока никто не видит. Но на самом деле он не понимал, за что его так травят. И в особо тяжелые моменты отчаянно мечтал о плаще-­невидимке, чтобы незаметно улизнуть от своих обидчиков за дверь, а то и куда подальше. Еще лучше – иметь бы охранником трехголового пса, прямо как в фильме!

Дэн не считал себя плохим, вовсе нет. Но когда тебя так достают, а подраться нельзя – съемочная группа и родители никак не одобрят царапины и кровоподтеки, – временами хочется спустить кого­-то с поводка. Того, кто станет за тебя в прямом смысле – горой. Домашние любимцы – бордер­терьеры Бинки и Наггет – на эту роль не годились.

Однако у Дэна не было магических артефактов и животных, как не было в защитниках ни доброго директора Альбуса Дамблдора, ни строгой, но справедливой Минервы Макгонагалл. Он не мальчик-­волшебник, как бы ему ни мечталось. Зато, в отличие от своего персонажа, Дэн имел свободу выбора, не обусловленную страшным пророчеством. Да и «маггловская» школа – отнюдь не Хогвартс.

– Мам, я хочу сменить школу, – заявил он в один особенно непрекрасный день, оттирая прилипчивую жевательную резинку с полы форменного пиджака. – Мне надоело. Я как обезьянка в зоопарке, все тыкают пальцами – в лучшем случае! – и не думают смущаться.

Марсия как агент по кастингу постоянно взаимодействовала с театральной и киношной средой. И уж точно лучше других понимала, как актерам порой нелегко приходится за пределами съемочной площадки, в реальном мире. Поэтому с сыном спорить не стала. Другая школа – значит, другая школа. Отец тоже не возражал.