В то время как раз отменили школьную форму, и учителя делали маме замечания, что она одевает меня слишком нарядно. А мама не обращала внимания. Деньги доставались ей тяжело, сама она из большой семьи, пятая из одиннадцати детей, не могла себе такого позволить. Поэтому, покупая мне красивые вещи, мама чувствовала себя счастливой и учителей даже слышать не желала.

когда я была совсем маленькой, мы жили скромно. Мама пела в хоре имени Григория Веревки и получала 86 рублей

Мои братья учились в художественной школе, а я – в музыкальной школе-интернате имени Лысенко. Папа говорил, что в пять лет Иван и Андрей рисовали так, как другие дети рисуют в 15. А у меня особенных талантов к рисованию не было, зато я любила петь. Мама предложила мне на выбор хореографическую школу или музыкальную, в итоге я поступила в школу Лысенко.

В пять лет меня отдали в «нулевку» по классу фортепиано. Очень быстро оказалось, что это совершенно не мое. Я любила все, что связано с пением, но ненавидела занятия по специальности. Даже сейчас в моменты сильных переживаний иногда снится кошмар: я снова в музыкальной школе и не подготовила урок! Просыпаюсь в холодном поту. Тот ужас до сих пор живет во мне.

В те годы мне просто не приходило в голову, что можно отказаться. Сидела за инструментом по семь часов в день, переходила из класса в класс, но достаточно было взглянуть на мою подружку Женю, чтобы понять: у нее все отлично получается именно потому, что она обожает фортепиано.

Тоня Матвиенко детские фото
В мастерской у отца, 1996 г.

Оканчивая шестой класс на экзамене по фортепиано я недобрала баллов, меня наказали, запретив на каникулах ехать в Германию вместе с классом – «детей Чернобыля» пригласили туда для оздоровления. Я рыдала, как будто наступил конец света. Меня перевели на другую специальность, дирижерско-хоровое отделение. Какое это было облегчение!

Вокал и дирижирование – сплошное удовольствие. Благодаря занятиям по классу фортепиано я прекрасно разбираюсь в нотах, могу подыграть себе и хоровую партитуру, и оркестровку. Все шло к тому, что я поступлю в консерваторию, свяжу жизнь с музыкой, стану хоровым дирижером. Но неожиданно все резко изменилось: я встретила своего будущего мужа.

Мой будущий муж был одним из роллеров. мне было 16, ему 23. влюбились друг в друга, а в 17 лет я родила дочку

Он старше меня на 7 лет: мне было 16, ему 23, тогда это казалось огромной разницей в возрасте. Познакомились на Майдане, в молодежной тусовке, которая каждый вечер собиралась возле Консерватории – мы называли это место «Квадрат». Слушали музыку, общались, кто-то катался на роликах. Все были яркие, модные, неформальная молодежь.

Я проводила в школе практически целый день, с 9 утра до 8 вечера, и родители без возражений отпускали меня погулять вечером, часов до десяти, даже до одиннадцати – понимали, что мне нужно общение. Там, в этой тусовке, были ребята из роллер-клуба.

В те годы было модно приглашать роллеров на разные мероприятия – они раздавали рекламные листовки, возили баннеры. И благодаря этому могли провести на концерт или на футбольный матч. Дружить с ними было круто. Мой будущий муж был одним из роллеров. Так мы познакомились и влюбились друг в друга, а в 17 лет я родила дочку.

Родители даже не слишком удивились, потому что, когда я родилась, какой-то дедушка предсказал, что в 16 лет я принесу ребенка в подоле. Они часто вспоминали эту историю при мне, шутили на эту тему, и в свой шестнадцатый день рождения я даже, помню, со смехом спросила: «Ну что, где же мой ребенок?».

Тоня Матвиенко детские фото
Тоне 14 лет

Родители не были против того, что я так рано выхожу замуж. Мне и сейчас не стыдно за мой выбор – он был достойным парнем, хорошо учился, был красивый, умный, покладистый, добрый. Я им восхищалась. И совсем не понимала – ну а что тут такого? Влюбилась, вышла замуж, родила. Если бы у моей дочери повторилась моя судьба, я бы ее, конечно же, поддержала.

Мне и сейчас не стыдно за мой выбор – он был достойным парнем, хорошо учился, был красивый, умный, покладистый, добрый. Я им восхищалась

Из-за беременности я закончила школу экстерном. Признаюсь честно, я переживала, каковой будет реакция окружающих, но учителя меня поддержали, и только мой преподаватель страдал. Он даже не разговаривал со мной. Считал, что я его подвела, не оправдала надежд. Я должна была поступить в консерваторию, а вместо этого пошла учиться на пиар-менеджера в Институт культуры и искусств!