11 февраля 2000 года не стало великого дизайнера Александра Маккуина. Его история – это роскошные показы мод, дружба с моделями и звездами, эпатажные вечеринки и кутежи. Но есть и другая сторона медали – нищее детство, насилие и тотальное отторжение друзей и близких.

“Караван историй” рассказывает неприкрытую правду об Александре Маккуине – человеке, который смог мерзость жизни преобразить в прекрасное. Но не смог уцелеть.


Надо признать: смерть Изабеллы Блоу довела Александра Маккуина до нервного истощения. И хотя они с Филипом Трейси создали в честь своей музы коллекцию «Голубая леди», дикую тоску по Иззи работа не заглушила. Наркотики и долгие беседы с психиатром тоже не спасали. Дошло до того, что король дизайна и эпатажа стал нелюдимым затворником, а со своим партнером Джорджем Форсайтом разговаривал сквозь зубы. Взбодрить его теперь могла разве что доза кокаина и тепло трех собак…

Однажды, когда Джордж выгнал псов из постели, Маккуин рассвирепел, как в старые добрые времена, но тут же сдулся. О, как же этот безвольный гений теперь бесил! От прежнего Маккуина не осталось и следа, он несколько раз пытался покончить с собой. Но Форсайт терпел. Все-таки их неформальному браку исполнилось уже девять лет…

 

View this post on Instagram

 

A post shared by Alexander McQueen (@alexandermcqueen)

…В 2000-м студент киношколы Джордж Форсайт был ужасно далек от мира моды и потому не понимал, что в одном из лондонских гей-клубов отхватил джекпот – заполучил в бойфренды гения. Джордж считал нового друга королем тусовок. Еще бы! Маккуин мог неделями колесить по заведениям и вытворять такое, что сразило бы и чертей в аду. Любовники перебиралась из клуба в паб или отель, с деловой вечеринки – на частную. А когда Джордж сдавался, Александр все еще был в кураже.

Он мог оплатить частный самолет – и улететь на экзотические острова, которые с недавних пор обожал. А если надоедало мотаться по заведениям – заказать из ресторана банку белужьей икры, а потом, читая «Парфюмера», поглощать деликатес вперемежку с консервированными бобами и наслаждаться темными сторонами человеческой сущности.

Отношение к работе тоже изменилось. Раньше он нагружал своих ассистентов до изнеможения, а теперь мог прийти в студию, вытянуть ноги и лежать в полудреме до новой порции допинга. Иной раз он вообще мог плюнуть на незаконченную коллекцию и исчезнуть, застопорив процесс подготовки к показу и всполошив весь Дом Givenchy.

 

View this post on Instagram

 

A post shared by Alexander McQueen (@alexandermcqueen)

А однажды, когда очередная дурь стукнула в голову, Ли Александр Маккуин решил жениться и, подхватив Кейт Мосс и Анабель в качестве подружек женихов, улетел на Ибицу. Там, на трехпалубной яхте, принадлежавшей другу Кейт, какой-то тип, одетый в рясу священника, прочел скороговоркой проповедь и спросил, согласен ли каждый из джентльменов «в горе и радости…»? Ли и глазом не успел моргнуть, как гости стали поздравлять новобрачных и накачиваться алкоголем.

Сам он тоже крепко надрался, потому что осознавал всю комедийность действа. Шоу для бойфренда и друзей – вот что это было, а не свадьба! А вот Кейт, хотя и перебрала, увела друга в сторону и сказала:

– Да ладно, плюнь! Верь, и на темной стороне всходит солнце.

– Вот на ком надо было жениться! – пьяно всхлипнул Ли и чмокнул Кэтти в лоб.

Их дружба крепла. Когда у Кейт начались проблемы с наркотиками и дизайнеры отказались с ней работать, Маккуин вывел ее в виде голограммы в одной из своих самых романтичных коллекций «Вдовы Каллодена», показ которой назвали произведением искусства.

 

View this post on Instagram

 

A post shared by Alexander McQueen (@alexandermcqueen)

александр маккуин макквин биография история личная жизнь творчество любовники
Во время показа коллекции одежды сезона весна-лето, Париж, 2006 г.

Голографическая Кейт в развевавшемся на ветру платье возникла из луча света и стала парить в воздухе под музыку из «Списка Шиндлера». А автор фантастического шоу к публике вышел в футболке с надписью «Мы любим тебя, Кейт».

В первом ряду, как это часто бывало, сидела мать Александра. Джойс тогда нездоровилось. Но разве могла она пропустить триумф обожаемого сына? Да и он искал мать глазами, словно потерявшийся мальчик. А найдя, успокоился…