Легендарная голливудская кинозвезда Одри Хепберн покоряла мужчин не размерами бюста, крутизной бедер и чувственными губами, а удивительным шармом и внутренним очарованием. Эта хрупкая женщина-эльф с большими выразительными глазами, маленькой грудью, осиной талией… признана самой красивой женщиной всех времен

МАЛЕНЬКАЯ ЭДДА

4 мая 1929 года в пригороде Брюсселя баронесса Элла ван Хеемстра родила девочку. Ее окрестили Эддой. Пройдет время, и это пухленькое большеголовое создание станет легендарной голливудской звездой и иконой стиля своего века — Одри Хепберн.

Одри Хепберн детство
Детская фотография Одри, 1930 г.

А пока она мирно посапывала на руках у отца. Одри помнила себя с пеленок. Не может быть? Может! Она это точно знала. Одри никогда не забывала волшебного свечения хрустальных льдинок домашней люстры у нее над головой, когда отец, большой и сильный ирландец, бережно держал ее на руках. Сколько ей тогда было? Год? Два? Все самые яркие воспоминания детства связаны у нее именно с отцом. Хотя она мало о нем знала. Джозеф Виктор Энтони Хепберн-Растон оставил семью, когда Одри едва исполнилось шесть. И по сей день многое остается неизвестным об этом человеке. Да и неудивительно: Хепберн-Растон скрывал истину о себе с таким старанием, с каким после развода скрывался от жены и дочери. Он был на шестнадцать или семнадцать лет старше Эллы.

Элла и ее муж были схожи характерами: оба самоуверенные и энергичные. Ирландское своеволие мужа никогда не отступало перед голландским упрямством жены.

Родители любили музыку, а маленькая Эдда любила танцевать. Часто в доме звучал граммофон, под который девочка танцевала. А танцевать она любила больше всего на свете. Она мечтала стать балериной, и позже мать отдала ее в балетный класс Арнемской консерватории. В движениях Одри выражала все, что не могла высказать словами. Танец помогал ей жить. Особенно тогда, когда былосовсем уж невмоготу. А такого в ее жизни было немало.

Одри Хепберн мама Элла ван Хеемстра
С мамой Эллой ван Хеемстра, 1953 г.
НЕ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ НАЗАД

Развод родителей случился в 1935 году. Причина разрыва была банальной – супружеская измена. Однажды, неожиданно придя домой, мать Одри застала своего мужа в постели с няней, которая присматривала за Одри и сыновьями Эллы от первого брака. За одну ночь она поседела, а Хепберн-Растон навсегда ушел из дома. Когда Одри проснулась, у нее уже не было отца. В ее жизни это стало первым большим несчастьем. Но мать всегда учила: «Никогда не оглядывайся назад и не страдай из-за прошлых неудач; верь, что все, чего ты хочешь, может быть достигнуто, нужны лишь решимость и целеустремленность». Но следуя этому правилу, отца не вернешь. И девочка это понимала.

Элла ван Хеемстра была строга к дочери, но не потому, что не любила ее, а, скорее, наоборот – в этом и проявлялись ее материнские чувства. Одри поймет это гораздо позже, когда уже сама станет матерью, а пока она думала, что мама ее просто не любит.

Почти сразу же после развода баронесса возвратилась в Нидерланды, в небольшое родовое поместье под Арнемом. Насколько известно, Хепберн-Растон ни разу не приезжал туда и не пытался помириться с женой. Переживания сказались на здоровье Эдды. Она начала много есть, заедая свое детское горе шоколадом и хлебом.

Одри Хепберн театр
С Сидони Колетт, подготовка к бродвейской постановке романа «Жижи»
ЕЩЕ ОДНО НЕСЧАСТЬЕ

Однажды утром к ней в спальню вошла мать. Отдернув шторы на окнах, она сказала: «Вставай, началась война». После развода родителей это стало еще одним потрясением. Война заставила десятилетнюю Одри очень быстро повзрослеть. Она покидала детство без особого сожаления. В нем Эдда ощущала себя брошенной и никому не нужной.

Одри и ее семья переживали тяготы войны в Нидерландах. Их жизнь мгновенно и страшно переменилась. Остатки недвижимости их семейства были захвачены оккупантами. В школах вместо английского стали преподавать немецкий, который Одри очень плохо знала и поэтому начала отставать от своих сверстниц: «Я даже не умела говорить так, как другие дети, была какой-то неестественной и застенчивой».

Чтобы окончательно не потерять веру в себя, Одри усиленно занималась балетом. Язык танца был для нее понятен и прост, с его помощью она могла «высказать» абсолютно все, потому что владела им в совершенстве.

«У меня почти не было настоящей юности, – такой вердикт она вынесла позднее, – очень немного друзей, совсем мало радости в том смысле, в каком ее понимают подростки, и полное отсутствие ощущения собственной безопасности. Удивительно ли то, что я стала таким замкнутым человеком?» Именно в эти мрачные годы будущая звезда научилась дорожить каждым днем и не особенно полагаться на будущее.

Одри Хепберн
Одри Хепберн, 1952 г.

Вместе со всей своей семьей, состоявшим теперь из бабушки, дяди и тети, живших под одной крышей с ними, Одри перешла на одноразовый режим питания с повторявшимся практически ежедневно меню: водянистый суп из дикого салата и трав с «хлебом» из перемолотых гороховых стручков. Нечем было топить, не было ни мыла, ни чистой питьевой воды, ни свечей. И тут начали проявляться первые последствия хронического недоедания. Юная Эдда стала страдать от малокровия: появились болезненные отеки на ногах. О танцах теперь не могло быть и речи.