И как это было, Надя? Вы же друг друга совершенно не знали. Всего нескольких дней общения оказалось достаточно, чтобы принять такое решение?

Я думаю, это хорошо, что мы прыгнули в омут, не успев подумать. Возможно, если бы не жили вместе, то из­-за мелких ссор, эмоциональности и упрямства потеряли бы друг друга. У нас была сумасшедшая любовь, с ревностью, как в итальянской семье, со скандалами и битьем посуды… Я ревновала Вову к прежним девушкам. Сейчас я понимаю, что это было глупо, ведь прошлое не имеет значения.

Кроме наших внутренних разборок, были еще и дополнительные сложности, связанные с моей работой. Продюсеры «Время и Стекло» поначалу просили нас с Вовой скрывать наши отношения. Отчасти потому, что еще существовал сценарий «между солистами проекта что­-то есть». Отчасти, наверное, потому, что Потапу не очень нравился Вова – ловелас, разбивающий сердца. Потап по-­отцовски предупреждал, что это может плохо для меня кончиться. Хотел, чтобы мы проверили свои чувства временем, прежде чем отношения станут публичными. Грамотный продюсерский ход. Но года через два папарацци стали нас фотографировать вместе, и смысла скрываться уже не было.

За четыре года, что мы были вместе до свадьбы, Вова три раза делал мне предложение. В первый раз – «игрушечное», надев мне на палец кольцо из проволоки от шампанского. Во второй раз кольцо было настоящим – Вова устроил мне сюрприз за городом, куда мы поехали на шашлыки с друзьями. Я как будто участвовала во флешмобе, должна была найти что­то в «отражении себя», и в итоге оказалось, что он спрятал коробочку с кольцом в зеркальном шкафчике, причем в туалете, – это было единственное зеркало в номере. Я два часа провела на телефоне, хвастаясь подружкам, что Вова сделал мне предложение.

Мы хотели пожениться, но тогда на красивую свадьбу денег не было. А когда появились, Вова сделал предложение еще раз, уже по всем романтическим канонам, и снова в прямом эфире. Он тогда работал ведущим на утреннем шоу «Люкс FM». В день рождения моей мамы, 16 марта, он подстроил так, чтобы я позвонила на радио и передала ей поздравление. В это время, согласно его хитрому плану, подружки везли меня якобы на примерку к дизайнеру. Когда я закончила говорить, Вова сказал, что у него тоже есть что­-то важное. И спросил: «Выйдешь за меня?» Я, конечно, закричала: «Да!»

Вова попрощался со мной в эфире, сказал, что увидимся вечером, а сам в это время рванул на место, куда меня везли, и встретил с цветами и кольцом от Tiffany, о котором я мечтала (это оригинальное украшение в виде ремешка). И неожиданно выбежали операторы с камерами. Я много раз пересматривала это видео, оно меня очень трогает…

К свадьбе мы готовились полгода. Расписались за три дня до торжества и чувствовали себя счастливыми от самого процесса. Даже просто поставить подписи – это был кайф. На торжество деньги заработал Вова благодаря своему участию в телепроектах. Муж вообще меня балует: все деньги, которые  зарабатываю я, – мои, все деньги, которые зарабатывает он, – наши. (Смеется.)

Свадьба Владимира Дантеса и Нади Дорофеевой, 2015 г.

У нас была «лавандовая» свадьба. Я как­-то увидела красивое фото в интернете – нежная веточка лаванды в чашке – и захотела сделать свадьбу в таком стиле. Позвонила маме в Симферополь, зная, что она выполнит любую просьбу. И родители нашли поля, где выращивают лаванду, собрали мне четыре мешка – один собственноручно, а три купили. Передавали цветы в Киев автобусами, контрабандой.

Параллельно мне в Киеве шили платье, и на каждой примерке приходилось его ушивать: я все время худела от переживаний. Ни один из моих пап, к сожалению, не смог приехать на свадьбу, и Потап стал моим посаженным отцом, именно он вел меня к алтарю.

В итоге свадьба получилась прекрасная и трогательная. Я спела песню, написанную для Вовы. Позитив даже прослезился, ведь мы писали ее вместе, в промежутках между концертами, по ночам, в дороге.

Мы пригласили журналистов. Мне доставляло удовольствие рассказывать о том, как я счастлива с любимым, нравилось, что мы ничего не скрываем. Гостей было семьдесят, в основном нам дарили деньги, и этой суммы как раз хватило, чтобы съездить в свадебное путешествие в Барселону.

После свадьбы что­-то изменилось в ваших отношениях? Иногда бывает, что формальное заключение брака, когда люди уже не один год прожили вместе, как будто расхолаживает партнеров.

Наоборот, мы стали еще ближе. У нас одинаковые жизненные цели, мы всем занимаемся вместе. Я совершенно перестала ревновать. Вова даже немного волнуется по этому поводу. Когда он начал сниматься в тревел­-шоу о еде и стал много путешествовать по разным странам со съемочной группой, я поначалу переживала, что длительные разлуки могут разрушить отношения, а может быть, просто ревновала его к работе, к путешествиям…

Однажды он предложил съездить вместе. Это было правильное решение. Побывав на съемочной площадке, увидев собственными глазами весь процесс, осознав, какой это огромный труд, я совершенно перестала волноваться. И теперь мы оба постоянно рассказываем друг другу все о своих проектах. Я ему полностью доверяю. Вова, например, часто предлагал мне треки для «Танців з зірками».

Недавно мужа  пригласили на кастинг фильма, он прочел сценарий и говорит мне: «Предупреждаю, там постельная сцена». А я ему: «Да пожалуйста!» Наверное, мы просто повзрослели.

Вова меня совсем не ревновал к партнеру по «Танцям з зірками» Жене Коту, хотя в начале проекта даже мне было немного неловко. Женя мне сразу понравился – культурный, дружелюбный, воспитанный, хорошо выглядит. Опытный хореограф­постановщик, победитель популярных телевизионных проектов, много лет работал на одном из ведущих телеканалов, ставил танцы для участников разных талант­-шоу. В общем, крутой партнер.

С партнером по проекту телеканала «1 + 1» «Танці з зірками» Евгением Котом, 2017 г.

В день знакомства он пришел с женой, мы все друг другу понравились. За пять дней до старта проекта начали работать. Женя встал со мной в пару, закрутил, прижал к себе и посмотрел прямо в глаза. Было неловко, я застеснялась. И тут же рядом была его жена Тата, чемпионка мира по танцам на пилоне. Мы тренировались в их собственной танцевальной студии.

Для танцоров это стандартная история – изображать любовь в танце, а мне было не так легко. В конце концов, подошла Женина жена и сказала: «Так, Надя, тут нужна страсть, нужна любовь, нежность, прекращай смущаться». Мы стали больше работать над актерским мастерством. И хотя первую неделю мне еще было нелегко, потом я втянулась. Женя то и дело спрашивал: «Как бы ты погладила любимого? Ты разве так обнимаешь мужа?» Он добивался реалистичности, искренности чувств, эта способность и стала нашей фишкой на проекте.

Теперь мы дружим семьями, ходим друг к другу в гости, ужинаем вместе. У Вовы ревности нет, поскольку он не раз приходил за кулисы и знает, каким кровью и потом даются эти страсть и легкость. У Жени травма руки, у меня – колена, за несколько дней до проекта обнаружилась трещина мениска.

Год назад из-­за постоянных выступлений на каблуках у меня диагностировали перегрузку коленей, но я пропила курс таблеток и забыла об этом. И тут перед началом проекта – трещина! Что делать, пришлось срочно лечиться, пройти курс болезненных уколов. Я носила наколенники во время репетиций, но все равно было больно и колено опухало.