С Моникой чужие взгляды скорее доставляли удовольствие. Супруги были настолько уверены друг в друге, что даже согласились играть постельную сцену в «Необратимости» полностью обнаженными. Поначалу на предложение Гаспара Ноэ заняться с женой настоящим сексом перед камерой Венсан ответил коротко и матерно. Но когда дома, в постели перед сном, пересказал Монике разговором с Гаспаром, та неожиданно спросила: «А почему ты отказался?» Моника была все-­таки немного ведьма… но он ее неплохо изучил за 17 лет отношений.

О Тине он не знал ничего — даже хочет ли продолжать или эти игры лучше прервать прямо сейчас, чтобы не было больно потом.

Когда каникулы у Касселя закончились, они расстались без долгих разговоров — Венсан улетел домой в Бразилию, где жил уже несколько лет и куда вскоре должны были прилететь из Парижа дочки. А Тина полетела в Биарриц к родителям. Роман продолжился в WhatsApp и смс­ках.

Тина и Венсан щедро делятся своими чувствами в соцсетях

«Меня пригласили сняться в клипе известного рэпера, это так круто!» — хвасталась Тина и рисовала сердечки.

Венсан со смайликами только знакомился, поэтому предпочитал буквы: «Мы водим машины, бегаем, стреляем, деремся, — писал он со съемок в «Джейсоне Борне». — Я начал чувствовать себя мимом: сплошная пластика и никакого текста. Только постоянные «Ай!» и «О­о­ох!» в драках. После команды «Снято!» я бегу к массажистке. Все-­таки мне уже не двадцать лет, и, чтобы на следующий день поднять себя с кровати, нужно делать массаж. Предпочел бы, конечно, чтобы это сделала ты».

Когда съемки закончились, Венсану было уже вполне ясно, что спать с другими ему не хочется. Почему — загадка для него самого. Но вот поди ж ты. Пришлось лететь в Париж. Тина, встречая его в аэропорту, плясала от радости. Перерывы между сексом были не такими уж долгими, но неуемная девчонка все же настояла на том, чтобы познакомить его с братом и друзьями.

С братом Захари, 2018 г.

Поначалу мальчики напряглись, однако Венсан умеет быть очаровательным, если хочет. Курить, не спать, шататься по барам и ржать над грубоватыми тинейджерскими шутками — все это доставляло почти такое же острое удовольствие, как секс.

Роман с 18-­летней оказался чем­-то вроде курса мощной антиэйдж­-терапии. Кто от такого откажется? Уж точно не Венсан, убежденный, что «ярость, с которой мы рождаемся, должна остаться с нами на всю жизнь».