Героиня свежего, августовского, номера «Караван историй» — телеведущая Соломия Витвицкая поделилась с нами подробностями личной жизни и историей своего профессилнального успеха.


Сейчас имя Соломия – моя визитная карточка. А вот в детстве я его терпеть не могла, даже представлялась Татьяной. Мама очень не любит вспоминать эту историю…

Соломия Витвицкая
Соломия Витвицкая

Все началось с нескольких обидных ситуаций. В детском садике, а потом и в школе, когда искали виноватого, дети называли мое имя. Поцарапала стол, написала на стене, перевернула, разбила – и все сразу в один голос: «Это Соломия!» А я и близко не стояла возле эпицентра происшествия! И не могла понять, почему меня обвиняют и наказывают ни за что. А потом, так как иного объяснения не нашла, решила, что все эти «стрелы» – из­за редкого имени. Да уж, был в моей жизни период острого желания не выделяться из толпы! Но в конце концов все оказалось к лучшему: я научилась отстаивать свою позицию и доказывать невиновность. Внутренняя сила, которая мне помогает бороться за себя и близких, всегда со мной. Поэтому хочу воспользоваться моментом и поблагодарить маму и папу за то, что меня назвали Соломией, а брата – Северином.

На детских фотографиях я – вылитый папа. Семилетних, нас легко можно спутать. Зато сейчас, мне кажется, я похожа на маму: у нас одинаковые манеры и мимика, у меня мамины светлые глаза. А еще я смеюсь, как она. Щурюсь, как она. И жестикулирую, как она. Чем старше становлюсь, тем больше от мамы нахожу в себе.

Соломия Витвицкая с мамой и папой, 1983 г.
Соломия Витвицкая с мамой и папой, 1983 г.

Мое самое первое воспоминание из детства, как ни странно, связано с нашей соседкой в Бродах. Помню, как она спросила, сколько мне лет, и я показала два пальчика. Позже мы с родителями переехали во Львов, но меня многое связывает именно с Бродами, где я родилась, так как большую часть времени мы с братом проводили у бабушки. Помнится, мне было лет семь­восемь, когда в один прекрасный день я упаковала морскую свинку в корзину, сдала бутылки, чтобы выручить денег на билеты, собрала наши с братом вещи, после школы забрала Северина из садика, и мы сели на электричку, чтобы отправиться в свое первое самостоятельное путешествие к бабушке. Ко мне подсаживались пассажиры с самыми разными вопросами. А я спокойно рассказывала, где мои родители, куда еду, знала все адреса. Это нас спасло. После короткого «допроса» все успокаивались, а меня волновала лишь одна мысль: почему они так переживают, если я уже давно взрослая? К тому же я оставила маме записку! Не знаю, чего у родителей было больше – шока или радости, когда они узнали, что дети сами уехали на выходные. Сегодня мои подруги не пускают своих ребятишек дальше двора, а я воспроизвожу в памяти нашу историю, и в голову приходит только одно: наверное, сейчас действительно другое время.

На детских фотографиях я – вылитый папа. Семилетних, нас легко можно спутать. Зато сейчас, мне кажется, я похожа на маму

В нашем дворе в Бродах, где мы проводили каникулы, всегда было больше мальчишек, поэтому я взрослела в «опасном» окружении – бегала вместе с ними по стройкам, ездила без спроса на озеро и с радостью принимала участие в велосипедных гонках. Позже я начала дружить с приятелями младшего брата, а те со временем в меня повлюблялись. Признаться мне в своей любви они пытались тоже вместе. Вышло очень загадочно: «Мы влюбились в одного человека». А как еще можно было поведать о первых взрослых чувствах? Я сделала вид, что не поняла, о каком человеке речь. Ситуация смешная и милая, люблю об этом вспоминать.

Наша компания давно распалась, и я уже сто лет ребят не видела. Знаю, что один из парней переехал с семьей в Таджикистан, в Душанбе (его папа был военным). Второй остался в Бродах, женился, стал отцом. И еще один мальчик из той компании до сих пор дружит с моим братом. Сергей Зосич стал военным, был в АТО. У него своя история: Сережа находился в Зеленополье во время первого, самого страшного обстрела из российского Гуково. И ему повезло: его палатка единственная осталась нетронутой. А многие ребята из военчасти Сергея погибли… Наверное, они дружат с братом, потому что вдвоем пошли по военной стезе. А я потеряла связи с детством, хотя Зосичу старалась помогать, когда он служил в зоне антитеррористической операции.

Говорят, вы из богатой семьи…
Вовсе нет! Мама работала среднестатистическим экономистом в компании, которая очень пострадала в 90‑е. Их офис в центре города после подписания документов о государственном суверенитете Украины захватили рейдеры. Папа – предприниматель, часто мотался по командировкам… Однозначно, мы прочувствовали на себе всю сложность этого времени. Но непростая ситуация была почти в каждой семье. Помню свою единственную пару джинсов и две кофточки. Все. И то – эти вещи нам присылали родственники из Америки. Тогда я поступала в университет, а брат усиленно выбирал, где же ему учиться после школы. В результате он стал военным, поскольку в вуз не прошел, а о платном образовании, конечно, речи не шло. Это предопределило его судьбу, хотя я искренне считаю, что военная сфера не совсем подходит Северину.

Зато вы всегда мечтали о карьере журналиста, и ваша профессиональная смелость однажды помогла вам пробраться в гримерку к Кузьме Скрябину. Кажется, вы даже сделали с ним историческое фото?
Дело было на концерте певца Валерия Малышева в 95‑м или 96‑м. Сейчас, пожалуй, он не такой популярный, а тогда не было человека, который о нем не знал. Его самая известная песня – «Тополь головой качает, тополь многого не знает, почему на сердце моем грусть» (напевает. – Прим. авт.). Валерий был поющим летчиком, статным красавцем. Он, как суперстар, решил сыграть свадьбу с львовянкой на стадионе, пригласив на «событие года» друзей из шоу­бизнеса. Конечно, мы с одноклас­сницами хотели с ним сфотографироваться! Встал вопрос, как попасть «за кулисы». Не могу сказать, что мы пробрались к гримеркам совсем обманным путем, – я просто представилась будущим журналистом, а потом провела девочек. Это было невероятное время: зажигались первые украинские звезды, с которыми очень­очень хотелось познакомиться.

Пока мы стояли в огромной очереди к Валерию Малышеву, заметили Кузьму, скромного и одинокого, без толпы поклонниц. Мы с подругами решили, что нужно сфотографироваться и с ним. На перспективу – а вдруг и он когда­то тоже станет звездой? Когда Скрябин погиб, мама нашла эти «старі фотографії», снятые на мыльницу. Я – такая смешная и румяная, а Кузьма – очень серьезный, с модной стрижкой. Уже будучи журналистом и ведущей, я много общалась с Андреем Кузьменко. Мы даже вместе вели награждение «Самых стильных львовян», но случай вместе вспомнить эту историю детства, посмотреть фото так и не представился…

А как вышло, что в самом разгаре своей журналисткой карьеры в Украине вы уехали в Германию?
Во Львове я работала в независимом телевизионном агентстве НТА. Мы делали очень прогрессивные материалы, а самые необычные сюжеты отправляли на центральные каналы. Как­то я сняла сюжет о Перебирии, празднике ряженых, в селе Вашковцы Черновицкой области, и мы отослали его в «Сегоднячко» в Москву. Сейчас такое сложно представить, но тогда это было достижением и признанием, сюжет взяли, и я получила заслуженный дополнительный гонорар.

Потом я переехала в Киев и устроилась корреспондентом на радиостанцию (в то время первое коммерческое talk­радио). Это была моя первая политическая работа, и она мне нравилась – до тех пор, пока я не столкнулась с цензурой. Хорошо помню акцию «Украина без Кучмы», перед которой мне внятно разъяснили, что можно взять нейтральный комментарий только у Петра Симоненко, а о других участниках мероприятия нельзя даже вспоминать.

В этот сложный момент мне и поступило предложение уехать на учебу в Германию. Конечно, я согласилась и, как оказалось позже, все сделала правильно, потому что в 2002 году в Украине процветал жесткий контроль над прессой. Не знаю, предчувствовала я это или предугадала, но уехала очень вовремя. Жизнь в другой стране сделала из меня человека с европейским мышлением. Тем более что Германия – социальное государство с обществом, которое действительно дорожит своими демократическими ценностями. Возможно, именно поэтому мне и сейчас чужды разговоры о коррупции. Украинцы этим живут, в какой­то степени мы даже погрязли в полемике на этот счет. Сложно представить, чтобы немцы хотя бы обсуждали подобное.

По окончании языковых курсов у меня была возможность остаться: я получила два приглашения – на факультеты политики и экономики в Университете имени Фридриха­Александра в Эрлангене и Нюрнберге. Думала, не остаться ли, но поняла, что именно журналистика – это и есть по­настоящему мое. Живя постоянно в Германии, я бы заговорила на немецком, но работать корреспондентом или ведущей – это совсем другое. Согласитесь, странно, если выпуск новостей на украинском канале будет вести человек с грузинским акцентом. И в любой стране так: новости нужно читать на красивом и грамотном государственном языке.

В этот решающий момент в Украине развернулась Оранжевая революция, все декларировали новоявленную свободу слова, и мне настолько это понравилось, что я приняла решение без особых терзаний. В один прекрасный день просто собрала чемоданы – и с удовольствием вернулась.

Соломия Витвицкая во Львове, 2015 г.
Соломия Витвицкая во Львове, 2015 г.

Сложно было начинать все фактически с нуля?

Сначала я пробовала себя в пиаре, но в этой сфере у меня не сложилось. Вот тогда я и пришла на «5 канал». Роман Скрыпин, который был соавтором идеи создания первого новостийного телеканала и ведущим, настоял, чтобы меня взяли корреспондентом. Все вышло естественно, но не так просто, как кажется на первый взгляд. Мне очень помогли люди, которые были рядом.

На «Пятом» работали моя однокурсница Наташа Якимович, ведущая новостей, и моя подруга Даша Бережнева, ведущая «Экономического времени». И было действительно много «если бы». На телевидении только наступил период мультизадачных журналистов, которые самостоятельно монтировали свои сюжеты после съемок. Это было что­что новенькое! Свой первый материал я сделала с естественным звуком, но видеоинженеры неправильно поняли мою идею, и поэтому получился брак. Если бы Наташа не попросила редакторов посмотреть мой сюжет в исправленном варианте, меня бы, возможно, и не взяли на «5 канал». Все могло не срастись из­за одной оплошности!

Уже работая на украинском телевидении, я несколько раз ездила в Германию, обучалась в журналистском колледже в Свободном университете Берлина. Эта страна делает очень много проектов, которые помогают молодежи выиграть гранты на бесплатное обучение. Да, Германия навсегда останется в моем сердце!
На «1+1» я пыталась попасть несколько раз. В первый раз почти прошла отбор, но оказалось, что там искали не опытных журналистов, а студентов­стажеров на трехмесячную бесплатную практику. Затем я пришла на кастинг ведущих. Меня «смотрел» продюсер Андрей Слободян, муж ведущей Талы Калатай. И я заметила, как он заинтересовался и стал направлять меня во время отбора. Увы, радовалась я рано: мне справедливо не перезвонили. Все­таки нужного опыта не было, правильно вести себя в кадре я не умела.

Зато уже буквально через неделю на «1+1» пришел мой коллега с «Пятого» и рекомендовал меня Наталье Катеринчук, которая руководила информационным блоком ТСН. Я принесла свои сюжеты и заняла выжидательную позицию. Наташа честно призналась, что выгляжу я молодо­зелено – как ведущая, но не как корреспондент, и сразу предложила работу с хорошими условиями. Несколько месяцев подряд я, корреспондент ТСН, делала сюжетов больше всех. Бывало, по нескольку в день! Но не потому, что участвовала в соревновании, – мне просто очень нравится рассказывать истории. И честная любовь к профессии помогала проявлять сверхинициативность. Я никогда не отказывалась от съемок.

Работая в сфере журналистики, я не переставала развиваться. Недавно мама нашла видео моего первого интервью с Джамалой – она тогда ехала в Юрмалу на «Новую волну» с песней «Ой, верше, мій верше». Интересно смотреть на архивные материалы, которые сохранились до сих пор…

Соломия Витвицкая с героем АТО Юрием Весельским, декабрь 2015 г.
Соломия Витвицкая с героем АТО Юрием Весельским, декабрь 2015 г.

А как вы стали ведущей?
Быть ведущей я никогда не планировала. Мне это было неинтересно до тех пор, пока не подвернулся шанс. Прекрасный режиссер Ирина Карпова искала ведущего для рубрики «Кинофайлы» на канале «Кино». Ей нужен был человек для «серьезной» работы – начитки короткого текста, звучащего перед фильмом и по его окончании. Я прошла несколько отборов, но Александр Владиславович Ткаченко не утверждал мою кандидатуру. А все потому, что он воспринимал меня серьезным корреспондентом ТСН, а новостным журналистам «нельзя портить их содержательное амплуа». Так сложилось, что после очередной летучки с Александром Владиславовичем мы вместе с ним зашли в один лифт на шестом этаже. Я улучила момент и напрямую спросила, почему меня не берут (работа была непыльной: пишешь тексты, начитываешь их на неделю вперед, но получаешь внушительную прибавку к жалованью). Он аргументировал отказ работой в ТСН, но я парировала, что часто снимаю сюжеты «про шоу­бизнес». На должность ведущей меня утвердили.

Прошло немного времени, и снова вмешался господин случай. Инна Цимбалюк не смогла приехать на запись прогноза погоды, я ее сначала подменила, а вскоре мы уже разделяли кадр по графику неделя через неделю.

Чуть позже редактор Татьяна Пушнова искала ведущую для ежедневного таблоида «ТСН. Особливе». Я попала на кастинг и успешно его прошла. А моим руководителям пришлось искать вместо меня журналиста, ведущую погоды и ведущую «Кинофайлов»! Но проторила дорожку я: новых лиц канала для маленьких программ разыскивали среди корреспондентов.

Как думаете, какие черты помогли вам добиться своего?
Мне кажется, что основную роль сыграла моя склонность к импровизации и экспериментам, но в то же время ответственность. Я умею давать только те обещания, которые выполню. Считаю, что обязательность – ключевая черта моего характера. Не люблю, когда сказанное и запланированное лежит на мне грузом, поэтому никогда ничего не откладываю. Хотя в школе и университете меня часто считали легкомысленной. Но как только узнавали получше, искренне удивлялись. Бывало, что я самоорганизовывалась, подбивала всю команду на совместное творчество, и все обещанное было выучено вовремя. Не знаю, почему люди думали, что я слишком легко ко всему отношусь, но, надеюсь, сейчас произвожу иное впечатление. Еще я считаю себя достаточно открытым человеком, и, наверное, именно это меня хорошо характеризует.

Моя публичная жизнь тяготила Влада, мы даже расставались на короткий период. Но правильные люди все равно притягиваются

А вас не просили похудеть или поправиться ради работы в кадре?
Нет, таких жестоких пожеланий не было. У меня была щербинка на зубе, и мой шеф­редактор Сергей Попов интересовался, можно ли ее убрать. А насчет фигуры ничего не говорили, хотя на заре карьеры я была нестандартных размеров. Сейчас у меня совсем другие формы, но не буду лукавить – хочу похудеть еще больше.

Уж не ради мужа ли? Как в вашей жизни появился Владислав Кочатков?
Мы познакомились на квесте в Мамаевой слободе – играли в одной команде. Помню, как общие друзья нас знакомили, и у меня в голове промелькнуло… Даже описать не могу. Но я вдруг подумала, что сегодня нужно запоминать каждый миг. И конечно, Влад мне понравился с первого взгляда: мой будущий муж выделялся из толпы ростом и блондинистостью. Но на момент знакомства ничего, кроме моей интуиции, не предвещало дальнейшего развития событий. Хотя, если хорошенько подумать… Я дважды переспрашивала в тот день, как его зовут. Во время игры у нас были связаны руки, и его кисть посинела. Конечно, мне пришлось прийти на помощь! А в конце квеста я пригласила всех друзей на афтепати к себе домой…

Соломия с мужем и мамой во Львове, 2015 г.
Соломия с мужем и мамой во Львове, 2015 г.

Позвать домой друзей и мужчину, который нравится, было частью вашего плана?
Конечно, все задумывалось не просто так! Мы действительно прекрасно провели время, но Влад не спросил у меня номер телефона. Я, кстати, отнеслась к этому с большим подозрением… А вечером, вернувшись с прогулки, увидела сообщение от него в социальной сети, и поначалу мы очень много общались в Facebook. Наша вторая встреча состоялась на премьере мультфильма «Замбезія», который я озвучивала. Во время этого специ­фического свидания Влад познакомился с моими родителями и друзьями. Сегодня вспоминать об этом очень весело. Муж – интроверт, и он был шокирован количеством новых знакомств за один день. Сейчас я уже хорошо знаю его характер. Как оказалось позже, сначала Влад даже не знал, что я ведущая. Думаю, это меня и спасло.

По нынешним меркам, вы достаточно быстро приняли предложение руки и сердца. Вам легко даются судьбоносные решения?
Выходит, что так. В первый раз Влад сделал мне предложение через четыре месяца после знакомства, в январе. Но я, конечно, отнеслась к нему несерьезно.

Ко второй попытке, в апреле, он подготовился более основательно и даже купил кольцо. Но не могу похвастаться очень романтичной историей. Дело было на выходных. Будущий супруг сделал вид, что ушел по делам, а вернувшись в комнату, опустился на одно колено и сказал заветные слова. Я ответила, что, конечно, согласна, а вечером оговорилась: мол, и подругам особенно нечего рассказать. Влад пообещал что­то придумать.

В понедельник будущий супруг решил исправиться. Он прислал мне на работу 101 розу с открыткой – до сих пор ношу ее с собой. В тот день я парила по ньюс­руму такая счастливая – даже думала, что из-­за распиравшего меня счастья не смогу выйти в эфир. Так все и узнали, что мое сердце занято, а вот имя избранника стало достоянием общественности намного позже. Забавно: у нас много общих знакомых (в тот период Влад работал на другом канале), и люди, которые хорошо знали нас обоих, при Владе обсуждали моего «крутого жениха», а муж искусно делал вид, что ничего не знает. Было весело. А после того, как мы съездили в Марокко и раскрыли в СМИ свою историю любви, в интернете его начали называть «сыном депутата» и «мажором». Я, как экс­ведущая светских новостей, всегда говорила Владу: чем больше скрываешь личные моменты, тем больше рождается слухов и выдумок.

Свадьба Соломии Витвицкой и Влада Кочаткова на НСК «Олимпийский», ноябрь 2013 г.
Свадьба Соломии Витвицкой и Влада Кочаткова на НСК «Олимпийский», ноябрь 2013 г.

Был такой особенный момент, когда «выключатель щелк­нул» и вы осознали, что между вами настоящая любовь?
Если человек нравится, он поселяется в твоих мыслях и завладевает твоим временем. Но я не могу сказать, что осознала истинность нашей любви в какой­-то определенный момент. Первые месяцы взаимоотношений были неоднозначными и сложными. Моя публичная жизнь откровенно тяготила Влада, мы даже расставались на короткий период. Но я думаю, что правильные люди все равно притягиваются… Назвать дату, время и место «щелчка» невозможно. Однако верю, что с первой минуты можно понять: твой это человек или нет.

Вы – душа компании, а ваш супруг – «отшельник». Как вам, таким полярным людям, удалось ужиться?
Я просто поняла: если бы муж был другим человеком, он не был бы «моим Владом». Очень уважаю его позицию. Но если есть возможность его переубедить, не упущу ее. Правда, Влад – авторитарный мужчина, у которого всегда есть свое мнение. Он может уступить, но далеко не всегда. Иногда приходится вести переговоры, так сказать, по всем фронтам. Ему до сих пор не нравятся вспышки камер, позирование, внимание прессы. Уже немного привык, но и только.

С возрастом и опытом я стала менее радикальной и более гибкой. И даже если в сложной ситуации подходит злость, стараюсь не переступать точку невозврата. В какой­то момент можно легко взорваться – и больше никогда не вернуться на предыдущий уровень отношений. Но вообще мы с Владом ссоримся очень редко. Кстати, ссоры бывают после интервью. Я не верю во всякие сглазы, но… Раньше мне однозначно казалось, что интервью – это всегда риск. Сейчас мы уже прошли определенный путь и стали более устойчивыми. Очень на это надеюсь.

Кто в вашей семье занимается бытом?
Никто! Не скажу, что все домашние обязанности возложены на кого­-то одного. Мы стараемся все делать вместе, ходить по магазинам и готовить в том числе. Но Влад отвечает за более серьезные вопросы. Например, я не знаю, сколько мы платим за коммунальные услуги и тех­обслуживание машины. А еще не умею покупать билеты через интернет, поэтому при необходимости всегда обращаюсь за помощью к мужу. Да и вообще все, что касается документации, для меня сложно. Даже страшно представить, что самой придется заполнять какие­-то бланки. Для уборки у нас есть домработница, но мелкие обязанности по дому мы автоматически выполняем по очереди, у кого есть время. Еще помогают папа и жена брата… Да-да, по определенным причинам наша большая семья живет сейчас вместе с нами.

Влад младше вас. Но вы, кажется, не особо любите об этом говорить?
Он немного младше, да. Но разве в наше время это имеет особое значение? Мы с мужем приняли общее решение – не делать из этого проблему. У нас же разница не двадцать пять лет, как у некоторых очень счастливых пар. Например, большая разница у Дженифер Лопес и Каспера Смарта, Хью Джекмана и Деборы Ли­Льюс. А вообще мой любимый звездный пример – Шакира и Жерар Пике (между певицей и футболистом десять лет разницы. – Прим. авт.).

Летний отпуск: Соломия Витвицкая с мужем Владиславом, 2015 г.
Летний отпуск: Соломия Витвицкая с мужем Владиславом, 2015 г.

Родители сразу приняли вас как пару?
Мне кажется, мама Влада лишь недавно поняла, что у нас все всерьез и надолго. Моя мама – женщина с высокими требованиями, но Влад для нее – идеальный мужчина благодаря папе и брату. Мой муж, как правильный зять, решает все проблемы мгновенно. Ему проще, как и мне, сделать все сразу, не откладывая в долгий ящик. Мама в восторге от такого отношения, потому что в ее жизни все было совершенно иначе. Она, как это обычно бывает, подолгу упрашивала своих мужчин что­то сделать. У моего супруга и правда золотые руки – по первому образованию он столяр. Горжусь, что он умеет делать буквально все!

Вы ему даете творческие советы?
Конечно, мы общаемся практически обо всем. Сейчас он работает режиссером проектов на «Сніданок. Вихідний», но на работе мы почти не видимся. Бывает, узнаю от коллег, что Влад был на «1+1». Мне он даже не звонит, когда приезжает на канал. Я уже молчу о совместных обедах. «Разведка» доносит, что муж обедает с командой «Сніданка». Кстати, народ думает, что он попал на канал с моей помощью. На самом деле все его заслуги, прошлые и будущие, – это действительно только его личные заслуги. Я ему даже мешала. Юлия Жмакина, продюсер проекта, давно приглашала его на работу. В эфире программы много раз представляли клипы Влада, в студию «Сніданка» приходили Мария Бурмака, Татьяна Пискарева, Анастасия Приходько и Анна Добрыднева с его видео­работами. Юле нравился режиссерский стиль моего супруга, поэтому она звала его к нам. Но руководитель был против «семейственности» на канале. В итоге Юлия нашла убедительные аргументы, но на это ушло немало времени.

Муж – профессионал и всегда знает, как лучше. Он очень много работает и в будни, и по выходным. Часто – даже дома. Режиссер может себе это позволить в отличие от ведущего.

Соломия в Ивано-Франковске на выставке «Переможці», 2016 г.
Соломия в Ивано-Франковске на выставке «Переможці», 2016 г.

Сейчас огромную часть вашей жизни занимает благотворительность. Наверное, вы уже и не представляете себя вне ее…
А самое главное – люди уже не представляют меня в другой сфере, судя по количеству заявок, которые поступают ежедневно. А началось все само собой – с помощью социального, просветительского и благотворительного проекта «Переможці» я хочу изменить отношение украинцев к людям с инвалидностью. Также одна из моих ключевых задач – развить в Украине современное протезирование. Конечно, я понимаю, что помочь всем невозможно, но даже точечная помощь, даже одна исполненная мечта – это очень много. Я стараюсь привлекать партнеров, таких как Игорь Захаренко, известный путешественник, Иван Гаврон, который помогает реабилитации бойцов АТО в отеле SPA Romantic в Яремче, в том числе с помощью хорошего радостного досуга и приятных эмоций. Многие ребята мечтают о путешествиях, и мы дарим им эту возможность.

Мне часто пишут: «Спасибо за помощь», а я уже и не всегда помню, при каких обстоятельствах помогла. Ведь порой даже случайно сказанные слова способны обод­рить человека. Нет ничего лучше понимания, что сегодня чья­то жизнь приобрела смысл благодаря тебе. И это самое важное, что может дать волонтерство.

Поездки в зону АТО изменили вас?
Мы не всегда осознаем, что меняемся… Что изменили поездки? Я нашла друзей в зоне АТО, где совсем другие отношения между самими парнями: обстоятельства сближают и закаляют. Не могу сказать, что сегодня со мной остались все друзья из «прошлой жизни». Время отсеивает некоторых людей, но это совершенно нормально. Сейчас я больше общаюсь с волонтерами, благотворителями и артистами, которые ездят на передовую.

Не страшно отправляться в зону военных действий? У мужа отпрашиваетесь?
Однажды было страшно. Как­то ночью мы ехали на передовую и, как нам представлялось, находились в нескольких километрах от украинских позиций. Я сидела в машине с водителем, чтобы быть в курсе происходящего, а звезды ехали в бусике за нами. И вдруг сопровож­дающий сказал, что до территории сепаратистов – всего 300–500 метров. В тот момент я вспомнила многочисленные истории друзей, которые в АТО случайно ошибались поворотом и приезжали на блокпост противника. Признаюсь, тогда мне стало жутко. К счастью, все обошлось.

У мужа я не то чтобы отпрашиваюсь – скорее, предупреждаю. Влад, когда у него получается, всегда ездит со мной. Наша первая совместная поездка – к моему брату в Севастополь. Северин – военный, он служил в Крыму, когда началась оккупация полуострова. В тот момент я общалась с братом по интернету, и он присылал страшные фотографии в духе «Ружье, палка, метла – вот так украинские солдаты охраняют территориальную целостность». В один миг я поняла, что больше не могу наблюдать за происходящим со стороны. Муж сказал: «Поедем вместе». А вот шеф был против этой затеи. Но это было накануне моих выходных, с которыми я могла делать все, что захочу. Эфир на канале заканчивался в 17:10, был риск не успеть на поезд к 17:45, но удача нам улыбнулась.

Я нашла друзей в зоне АТО, где совсем другие отношения между самими парнями: обстоятельства сближают и закаляют

Помню, чувствовала себя диссидентом. Я же дружила с украинскими писателями, и они передали со мной листовки для антипропаганды, чтобы разъяснить людям, кто такие Андрей Макаревич, Андрей Садовой и Дмитрий Ярош и о чем они говорят. Я раскладывала эти листовки в почтовые ящики в Крыму, оглядываясь по сторонам. Сейчас, когда я понимаю, что Олегу Сенцову дали двадцать лет фактически ни за что, становится страшно. Можно представить, как бы могла сложиться наша судьба, если бы нас тогда засекли.

Позже военчасть брата из Бельбека в Крыму передислоцировалась в Николаев. Северина сразу же отправили на задание в Краматорск (тогда это была зона АТО) – принимать самолеты на запасном аэродроме. Я до дрожи переживала за него, поэтому приняла решение проведать брата в АТО и заодно привезла друзей для поднятия боевого духа военных – группу OT Vinta и певицу Брию Блессинг, участницу шоу «Голос страны.Перезагрузка».

Какие цели ставите перед собой на ближайшее время?
Что касается профессиональной деятельности, мы сейчас отрабатываем новый формат в новостях. Стараемся акцентировать внимание на важных событиях – я уже провела выпуск новостей, посвященный трагедии на ЧАЭС, не из студии, а из Чернобыля, а 18 мая мы вышли в эфир из Чонгара, ближайшей точки к оккупированному Крыму, чтобы рассказать украинцам о геноциде крымских татар. Наша задача – привлекать внимание к актуальным темам. В Украине война, но необходимо помнить, что есть события вокруг нас, которые нельзя игнорировать.

А если говорить о личных новостях… Надеюсь, в этом году отметим новоселье. Сейчас наша семья переживает сложные времена: одна моя невестка умерла от рака легких, вторая борется с онкологией… Еще до этого мы с Владом вложили наши свадебные деньги в строительство. До сих пор арендуем квартиру, и нас очень тешит мысль, что дом с уже собственной квартирой почти построен и мы скоро получим ключи. Правда, будем жить на окраине, до работы придется добираться через весь Киев, но это ничего… Возможно, научусь лучше планировать свое время: сейчас живу неподалеку от телестудии, так что в моей жизни есть место опозданиям.

Ремонтом и обустройством нашего гнездышка будет заниматься муж: он лучше в этом разбирается. Кроме того, сейчас Влад очень заинтересовался дизайном. Нужно видеть, как увлеченно он ищет новые идеи! Подозреваю, супруг давно решил, как все сделает, чтобы было красиво и недорого, он это умеет.

Я вообще могу бесконечно рассказывать о Владе… Недавно, например, он заговорил на украинском языке и начал изучать итальянский… Скажите, как мне за ним успеть?

Какой вы представляете свою семью через пять лет?
Счастливой… Не могу сказать, что ежедневно задумываюсь о детях. Если Бог даст, будем только рады.

Моя заветная мечта – мир в Украине и здоровье. Жизнь научила правильно расставлять приоритеты: ситуация в моей семье в очередной раз доказывает, что именно здоровье, несомненно, самое главное. И еще должна быть мечта, которая ведет к цели. А дорога к мечте, процесс и время в пути – всегда интереснее результата.

Подготовлено по материалам журнала «Караван историй. Украина»


 

Присоединяйтесь к нам в Facebook, Twitter, Instagram или Вконтакте и всегда будьте в курсе самых интересных новостей шоубиза и материалов журнала «Караван историй»